Волынская мадонна

Пули пахали землю, пронзали бочки с водой.

Майор вбил диск, выпустил очередь в проем.

– Командир, они на заднем крыльце! – выкрикнул Гальперин. – Там Настя!

Какого хрена она там делает?!

Стас вскочил, дал очередь в калитку. Кажется, там кто-то вскрикнул.

Гальперин высунул руку из окна, швырнул гранату наискосок, собираясь попасть в проем. Граната рванула с недолетом, разнесла дверь калитки, продырявила ограду.

Ничего, и так сойдет. Врасплох застать хотели? Боевики, похоже, были обескуражены.

Стрелял «ТТ» за забором. Почему один?

Шелест вприпрыжку припустил через двор. Добро пожаловать в западню, товарищ майор! Хрен редьки не слаще. Во дворе он на виду, а в доме какое-никакое укрытие.

Станислав ворвался в сени, расшвыривая тазики и грабли, падающие на голову.

– Не стрелять, это я!

Наспех одетый Гальперин бросился навстречу. Глаза товарища блестели в темноте.

– Командир, они с тыла заходят, там Настя их держит.

И что это за оперативник, черт возьми, который не может быть в двух местах одновременно!

Дом сотрясался от грохота. Нечисть лезла в огород, на подступы к заднему крыльцу. Оперативники кашляли в дыму, пороховая гарь забивала горло. Трудно было сориентироваться.

Гальперин бил из окна короткими очередями и сопровождал их злобными нецензурными комментариями. Но наибольшая активность боевиков наблюдалась сзади. Шелест метался по комнатам, бился в стены, как слепой котенок.

– Настя!

– Я здесь, Стас!

Он испытывал какой-то дикий страх за эту женщину, с которой у него ничего не было и не будет. Она ему как родная сестра.

Настя кричала за стеной. Там проход на хозяйственную половину дома, кухня, подпол, внутренняя загородка для мелкой домашней живности, выход в огород.

Майор бросился в узкий проход, и тут со стороны огорода прогремел сильный взрыв. Он машинально повалился на пол. Тесное пространство заволокло дымом. Взрывом вышибло дверь. Стас слышал, как ломаются доски.

Внутри у него все онемело от ужаса. Там же старший лейтенант Кутепова!

Горланили бандиты, хлопали рваные выстрелы. А позади вдруг все стихло, даже Гальперин перестал стрелять. Потом раздался слабый женский стон.

Противник сообразил, что дал осечку, и решил довольствоваться малым, взять «языка». Когда майор пробился через дым и вздыбленные половицы, все уже кончилось. Двое бандитов волокли под локти безжизненное тело. Вторая пара прикрывала отход.

Пули разнесли косяк над головой Стаса. Он отпрянул за проем, вскинул автомат, но не решился нажать на спусковой крючок.

Все было видно как днем. Боевики разбили ногами шаткую ограду и потащили Настю на соседний участок, куда-то влево. Там до улицы два шага.

Шелест снова не контролировал злость.