Волынская мадонна

Форма одежды гражданская, но оружие обязательно. Соблюдать осторожность! Не тушенку понесете. За товарища Елисеева отвечаете головой. В случае опасности закрывать его собой. Активность бандеровцев настораживает, поэтому требую проявлять бдительность. В населенные пункты не соваться, с посторонними не контактировать, в бой не ввязываться. На опушке Кудряшевского леса вас будут ждать. Пароль: «Табачок есть?» Отзыв: «Свой иметь надо».

Партизаны заулыбались. Замула собрался что-то вставить, но прикусил язык под тяжелым взором командира."

"– Шесть часов туда, столько же обратно. Еще пара на всякое-разное. В восемь утра, никак не позднее, вы должны вернуться на базу и доложить о выполнении задания. Потом, так уж и быть, один час на сон.

– Вы нас просто балуете, товарищ командир, – заявил Замула.

– Попутные задачи будут? – осторожно поинтересовался Романюк.

– Погуляем, – заулыбалась Леся. – Давайте грибов соберем, товарищ командир. Их в этот год хоть лопатой греби. Отдадим корзинку Татьяне, пусть супчик сварит.

– Отставить базар, товарищи партизаны! – Глинский нахмурился.

Командира отряда одолевало смутное беспокойство. Что он сделал не так? Люди проверенные, пуд соли вместе съевшие, да и дело-то по меркам военного времени плевое.

– Прошу сосредоточиться на выполнении поставленной задачи. Полковник Елисеев должен быть доставлен на опушку Кудряшевского леса и передан бойцам товарища Кравца. Ничего другого от вас не требуется. Идите уже! – Он раздраженно махнул рукой.

Глава 5

Около полуночи на западной околице Подъярова остановились несколько грузовых машин. В село они не заезжали. Убитых польских крестьян убрать и похоронить было некому. Тела лежали возле сельской управы, распространяя удушливый смрад.

Машины стояли с погашенными фарами, в кузовах сидели вооруженные люди. Они вели себя на удивление тихо. Только огоньки сигарет мерцали во мраке. Между зачехленными бортами сновали неясные тени.

Приглушенно запищала рация. Наверное, поступил какой-то приказ. Не просто же так тени забегали быстрее, захлопали двери кабин. Ровно заработали двигатели.

Машины уходили из села растянутой колонной, направлялись к западному лесу. Проселочная дорога была разбита, машины медленно переползали рытвины. На опушке они рассредоточились, водители погасили фары.

С западной стороны подошла еще одна машина – легковая. Из нее вышли несколько человек, двинулись к грузовикам. Похоже, их ждали.

Прозвучали приглушенные команды. Вооруженные люди высадились из машин, выстроились в три шеренги. Позвякивали карабины и немецкие автоматы. В тусклом свете луны, раздвинувшей облака, поблескивали пряжки ремней.

Инструктажа и приветственных речей не последовало. Опять раздалась лаконичная команда.