Гнев ангелов

Я лишь запретил тебе бродить по дворцу без сопровождения. Потому что никогда не знаешь, кого можно встретить на пути. Это все для твоего же блага.

Но ведь это всего лишь предупреждение, а не прямой запрет, не так ли?

– Но мне нельзя домой.

– Верно, – подтверждает Люцифер, вставая с места и оставляя меня наедине с вопросом, почему он вообще ко мне пришел. Я никогда в жизни не поверю в то, что архангел просто хотел принести мороженое.

На следующее утро Алессио навещает меня, когда я завтракаю. Увидев, что я сижу на кровати, он с облегчением улыбается. Если бы у меня на коленях не стоял поднос с кучей еды, я бы вскочила с места и кинулась к нему в объятия. Юноша берет мое лицо в свои ладони, внимательно смотрит на меня и целует в щеку.

– Если ты еще хоть раз в жизни меня так напугаешь, я за себя не ручаюсь. – Он опускает свою сумку на пол и подтаскивает кресло поближе к себе.

– Когда они позвали нас, чтобы осмотреть тебя, я уже думал, что ты умерла, – Алессио тяжело сглатывает. – То, что они сделали с тобой, просто ужасно.

– Это были стражники из темницы, – говорю я. – Не ангелы.

Почему я вообще решила защищать их?

– Мужчины хотели изнасиловать меня, а затем, вероятно, убить.

Я смогла убежать в катакомбы и потерялась там. Судя по всему, я исчезла на два дня. Каким-то образом я нашла вход в кабинет Люцифера.

Алессио внимательно слушает мои объяснения, хотя наверняка уже давно все знает.

– Люцифер не отправил тебя обратно в темницу, – говорит он после. – Я думаю, уже и не отправит. Нам дали все, в чем мы нуждались, чтобы обеспечить тебе достойное лечение.

Я пожимаю плечами:

– Мне кажется неправильным оставаться здесь. Все эти излишества… – мой взгляд скользит по комнате. – Ты голоден?

Сначала он кивает, но когда я протягиваю кусок дыни с ветчиной прямо ему под нос, Алессио замирает. Я знаю, что происходит у него в голове сейчас. Юноша думает о своих пациентах, обо всех тех людях, у которых нет и куска хлеба и которые вынуждены рыться в городских отходах в поисках хоть чего-то съестного. Вздыхая, Алессио берет из моих рук кусок дыни и ест его, очевидно, в муках совести. Тяготы последних дней не прошли для него бесследно: наверняка юноше есть чем заняться, ведь теперь я не могу ему помогать. Алессио выглядит бледным и уставшим.

– Как дела у Стар и Тициана?

– Они очень переживали, когда мы еще не знали, что с тобой произошло. Я думал, Стар с ума сойдет. Не знаю, что бы я делал без Феникса.

Его слова оставляют огромную дыру в моем сердце. Судя по всему, моя сестра ужасно испугалась. Она и так с трудом пережила потерю матери и отца. Стар уже наверняка подумала, что и я оставила ее.

– Он утешил ее, успокоил и отвлек. Но лучше стало только тогда, когда Фели пришла к нам и пообещала, что проведает тебя.