Голос Вессема. Радиомолчание

Может, спросить? Подойти к Хольту, сказать, что я заметила, и посмотреть на реакцию?

А может, этотоже был тест? Тест, проверю ли я свой респиратор до того, как войти в помещение? Я ведь, наверное, должна была проверить.

Если так, то лучше ничего не спрашивать.

Стоило машине остановиться, как мой лексон завибрировал — пришел вызов в желтую зону. Я вздохнула. Видимо, байки про таинственное исчезновение фильтра я буду рассказывать лично доктору Ланге. Надеюсь, он оценит.

Прижав запястье к двери, я вошла и почти сразу увидела Олли.

— Скорее, — сказала она. — Идем, надо успеть до вечерней проверки.

Я ускорила шаг, едва поспевая за ней.

— Доктор Ланге очень злится? — спросила я. — Знаешь, мне кажется, мой респиратор был не в порядке.

— Ланге еще не вернулся, — помотала головой Олли, заталкивая меня в кабинет. — Мне постоять снаружи, последить?

Последние слова были предназначены не мне. За мониторами, где я привыкла видеть Ланге и его помощников, стояла доктор Эйсуле.

— Еще глупые предложения будут? — спросила она раздраженно.

— Здравствуйте, — искренне улыбнулась я.

Я сама не ожидала, что обрадуюсь встрече. Но, оказывается, я за нее переживала.

— Иди сюда, быстро, — махнула она рукой.

Я подошла.

— Всего один вопрос. Когда последний раз ты получала нейропротектор?

— Чего? — растерялась я.

— Нейропротектор, — повторила она по слогам. — Твой брат его получает. А ты? Ланге делал тебе инъекции в основание черепа?

— Нет, — я помотала головой, окончательно перестав понимать, что происходит. — Но вы же мне тогда…

— Я так и думала, — перебила она. — Ольга, дозировка — три пятых. А ты давай в сканер.

— Что происходит? — задавая вопрос, я уже стягивала одежду.

— Ланге заигрался с нейрогенезом, — ответила доктор Эйсуле, не особенно заботясь о том, насколько я ее понимаю. — То, что ты вдохнула в Вессеме, не только разрушает твой мозг, но и делает некоторые зоны более активными. Это превращает тебя в хорошего медиатора, но это же тебя убивает. А он считает, что все компенсируется, и просто ждет, чтобы доказать, что прав, что токсин из Вессема может нам помочь. Что необязательно искать хороших медиаторов, можно просто синтезировать это вещество и начать лепить их из кого попало. Но я обещала, что ты получишь лечение. И ты его получишь.

Она с силой опустила крышку сканера. Я услышала ее удаляющиеся шаги, почувствовала слабую вибрацию и замерла.

В голове была каша — слишком уж много событий для одного дня. Доктор Ланге ставит на мне какой-то эксперимент? Хочет доказать, что хорошего медиатора можно сделать из кого угодно? Только… зачем ему много медиаторов? Импланты — удовольствие недешевое, мне даже представить страшно, сколько денег ушло на одного Детлефа.