Голос Вессема. Радиомолчание

Мой взгляд блуждал по комнате и наконец остановился на Дейнаке. Остальные уже вышли, а он замешкался, и я в два шага оказалась возле него, схватила за плечо, разворачивая к себе лицом, и толкнула, прижав спиной к стене.

— Почему ты не сказал им правду? — прошипела я.

— О чем ты? — спросил он с улыбкой.

Он меня не боялся, и это злило еще больше.

— Ни хрена он ее не допрашивал! Ты вообще видел ее лицо? Она вся в синяках, она…

— А с каких пор это преступление — дать по морде террористу? — с той же улыбкой перебил меня Дейнак.

Я зарычала и врезала кулаком по стене рядом с его лицом — и тут же почувствовала, как кто-то схватил меня за локти и потащил назад. Вырвавшись, я обернулась и увидела Эрику.

— Что происходит? — спросила она меня.

— Эта телепатка психованная, — ответил Дейнак, одергивая форменный комбинезон.

— Тебя я не спрашивала, — отрезала Эрика, и, пробормотав под нос какое-то ругательство, парень вышел.

— В чем он соврал? — спросила она, когда дверь закрылась.

Я молчала, тяжело дыша.

— Корто, в чем он соврал? — спросила она с нажимом.

Я лихорадочно пыталась придумать что-то, чтобы врать пришлось не слишком сильно. Что-то, наверное, можно рассказать. Хольт же говорил, что постоянно меня никто не слушает.

— Он ее не допрашивал, — сказала я медленно. — Рейнис ту девушку. Видела ее лицо? Как она двигается? Он ее изнасиловал, и Дейнак об этом знает.

— И ты это определила по ее движениям? — спросила Эрика с сомнением.

— Я такое уже видела — у себя в Гетто. Я уверена. И к тому же… — я засомневалась, стоит ли говорить, потом мысленно махнула на все рукой, — к тому же ты обратила внимание, что в начале ему сказал тот мужик из комиссии?

— То же, что и всем."

"— Нет. Я только сейчас поняла. Он сказал «уголовная ответственность за отказ от дачи показаний». Поняла? Не за ложные показания, а только за отказ.

Эрика несколько секунд молча смотрела на меня.

— Думаешь, они знали, что он лжет?

Я пожала плечами.

— Думаю, они хотели, чтобы мертвый Рейнис не выглядел полным отморозком. А для Аре это все равно ничего не изменило бы. Так что, думаю, да.

Не было нужды объяснять, зачем врала Квета. Очень много всего можно пообещать девушке, которую арестовали во время контртеррористической операции.

— Интересно, чего еще мы не знаем, — тихо сказала Эрика.

— Много чего, — раздался голос позади нас, и мы едва не подпрыгнули.

Как Петер умудрился так незаметно к нам подобраться? Дверь даже не скрипнула. Как он нас услышал из коридора, у меня вопросов не было — он, наверное, за километр шепот слышит.

— Что ты имеешь в виду? — первой опомнилась Эрика.

Но ответить он не успел. Дверь резко распахнулась — так, будто ее открыли пинком. На пороге стояла мачеха Эрики.