Голос Вессема. Радиомолчание

Коди принялся старательно приставлять крышку на место, завинчивая болты ножом.

— У тебя есть доступ к системам слежения? Где сейчас все?

— Судя по тому, что я вижу, основные силы находятся у главных ворот. Еще одна группа — у запасных. Часть людей за ограждением.

Кажется, Ди меня не дождется.

— Хорошо. Отключай все. Вообще все.

Через секунду шум, который мы слышали все это время, стих. Не ревела сирена, не слышался голос, сообщающий, что надо ловить сбежавшую преступницу Реталин Корто. Мы оказались в тишине. В ушах звенело.

— Нико, — сказала я, глядя в экран, — когда ты тут все уничтожишь, все сотрешь — не дай им себя обнаружить. Не дай им понять, что это за технология, хорошо?

— Тебе пора идти, Рета, — сказал Нико с экрана. — Не волнуйся. Я все сделаю.

— Нико, — всхлипнула я, глядя на него. Картинка плыла, система притормаживала, обрабатывая невероятный массив данных. — Я же тебя больше никогда не увижу, да?

— Скорее всего, — кивнул он с экрана. — Мне очень жаль, Рета.

— Тогда скажи мне хотя бы сейчас, пожалуйста, скажи мне, — я понимала, что другого шанса спросить у меня не будет, и наконец решилась, — ты настоящий или нет? Ты правда Нико или, как говорит Кару, просто слепок памяти и набор хакерских утилит с голосовым помощником? Ты хоть что-то чувствуешь?

Он улыбнулся, и я поняла — не ответит.

— Настоящее — это просто то, во что ты веришь, — сказал он.

Я видела взъерошенного светловолосого парня на экране, и мне казалось, будто ничего этого не было — аварии, флойта, крематория. Я как никогда ясно понимала, о чем он говорит.

— Я тебе еще хотела сказать, — начала я, и меня накрыло дежа-вю. Здесь не лучшее время и место — снова — но других у меня и не будет. — Я давно хотела… сказать, что…

Мои губы шевелились, беззвучно проинося то, что я никогда не решалась сказать вслух.

Он улыбался, глядя на меня. Он знал. Конечно, он всегда это знал.

— Рета, нам надо уходить, — Коди, незаметно оказавшийся за моей спиной, схватил меня за руку и потянул за собой. — У нас правда мало времени.

Я сделала несколько шагов, не отрывая взгляда от экрана.

— Прощай, Нико, — сказала я едва слышно.

Он не ответил. Наверное, не услышал."

"Эрика шла первой, проверяя, свободен ли путь, Коди тащил меня за собой, а я просто переставляла ноги. Слезы текли сами. Вот и все. Теперь он умер по-настоящему, и мне нужно пережить это снова, во второй раз. Как будто одной смерти Нико мне было мало! Да, он умер не глупо, как в прошлый раз, не бесцельно, не зря, но все равно — его больше нет. Его смерть означает, что не будет ни армии модификантов, ни проекта Валлерта, ни нового теракта в школе, но еще это означает, что я никогда больше его не увижу. И я никогда никого не смогу полюбить так же сильно.