Голос Вессема. Радиомолчание

Там какая-то девчонка в военной форме», — вот, что на самом деле хотел сказать мне Коди тем утром.

Я думала об этом всю дорогу до учебки; и потом, пока смотрела запись занятия по подготовке здания к бою в городских условиях, стараясь не обращать внимания на Эрику, которая тоже смотрела какие-то учебные материалы; и когда после обеда пришел злющий сержант Хольт, вытащил меня и Эрику из учебки, наорал и погнал в тир; и пока мы стреляли из положения лежа, сидя, стоя, с перекатом, из окна макета здания, из-за препятствия и при тусклом свете, имитирующем ночное время, — я тоже думала о том, что сказал Коди.

Вот в чем проблема. Эта база — ближайшая к Вессему, и, кого бы ни видел Коди, она, вероятно, была отсюда. Но словом «девчонка» тут можно было назвать только меня, Эрику и Ариадну. Остальные женщины, те, что носили форму, а не халаты и бейджики с буквой S, — их было человек восемь — под определение девчонок не подходили.

Если не считать ту девушку на минус втором этаже.

— Ты была в Вессеме? — спросила я Эрику.

Мы ползли по стометровому участку, имитирующему улицу — оружие на предохранителе, одежда и защитные маски в бетонной пыли, на спине утяжелители — вроде как мы в бронежилетах ползем.

То, что здесь называлось тиром, представляло собой огромный ангар — наверное, в нем был собственный микроклимат, может, даже туман собирался, — полный препятствий, за которыми надо было прятаться, и мишеней, в которые нам предлагалось лупить. Мы уже отстреляли положенное количество патронов и пошли на последнее упражнение. К счастью, по облегченному сценарию, нас же всего двое. Сейчас займем позицию и будем отстреливаться от воображаемого противника, засевшего в здании. По одному попаданию в каждую цель при условии отсутствия критический повреждений у нас — и нам его засчитают, а потом в душ наконец. И ужин. А завтра воскресенье — подъем на час позже и занятий с утра не будет, только спарринг после обеда…"

"— Тебе заняться нечем? — ответила Эрика. — Заткнись и смотри по сторонам.

— Была? Это важно.

— Тебе это прямо сейчас важно?!

Эрика перекатилась на полметра вправо, уворачиваясь от вспышки, изображающей взрыв.

— В октябре прошлого года, вспомни.

— Ты заткнешься или нет?

— Ответь, и я заткнусь.

— Да я даже не знаю, о чем ты говоришь! А в октябре я была в десантных, если тебе так интересно.

Я дернулась в сторону, уходя от выстрела.

— Корто — ранена! — заорал сверху сержант Хольт.

Он шел над нами по решетчатому металлическому мосту, протянувшемуся над всем тиром на уровне второго этажа. Оттуда ему было прекрасно видно, как мы лажаем. Вернее, как я лажаю.

— Есть ранена!

Хольт ко мне придирался. Если бы я правда была ранена — я бы почувствовала.