Голова путешественника. Минута на убийство (сборник)
«Голова путешественника»У дома эксцентричного литератора Роберта Ситона обнаружено обезглавленное тело. Полиция не сомневается, что славящийся дурной репутацией Ситон – убийца. Но прибывший на помощь другу детектив Найджел Стренджуэйз понимает, что практически у каждого обитателя поместья Ситона были не только мотив и возможность, но и желание совершить убийство.«Минута на убийство»Отравлена бывшая невеста капитана британской армии – героя войны. Все улики по делу указывают на самого капитана, так и не примирившегося с изменами возлюбленной. Однако старый друг подозреваемого Найджел Стренджуэйз начинает собственное расследование и приходит к совершенно неожиданным выводам… Перевод: В. Артемов
То есть я хочу сказать, что это вполне мог быть Освальд. Я только что спрашивал об этом Мару, и она согласилась с моим предположением. Естественно, что тогда она не сомневалась, что это Роберт. Мужчину заслоняла Джанет, и Мара видела его только при единственной вспышке молнии; кстати, Роберт и Освальд приблизительно одной комплекции и лицом очень похожи. Это объяснило бы и то, почему будущий папаша видел Роберта на дороге в Плаш-Мидоу на четверть часа позже. И в таком случае…
– Боже мой, Стрейнджуэйз, я думаю, что вы попали в самую точку! – возбужденно воскликнул Блаунт.
– Значит, и вы это заметили?
– Это же написано у него на физиономии, да и у нее тоже.
– Ну, и что теперь?
– Подождем возвращения Лайонела. Если он не объявится, начнем поиски.
– Лайонел. Да. Возвращение блудного сына! – с неожиданным подъемом произнес Найджел. – Но вы ведь не сможете предъявить ему обвинение в убийстве."
"– Пока нет. Согласен, для этого наших доказательств маловато. У него на одежде должны были бы быть пятна крови – ну, и прочие мелочи. Но мы с этим разберемся, как только возьмем его. Это самая убедительная версия, Стрейнджуэйз.
– О да, это прекрасная версия, – устало проговорил Найджел.
В этот вечер ужин в Плаш-Мидоу проходил в мрачной, напряженной атмосфере. Она подействовала даже на Финни Блэка: он входил и выходил из комнаты, волоча ноги, как больная собака. Ванесса, по-видимому, с трудом запихнула в себя свою порцию курицы. После ужина, в гостиной, она вдруг подошла к отцу, который сидел, прикрыв глаза рукой, и совершенно взрослым, материнским жестом провела пальцами по его волосам. – Я тебе спою, – сказала она. – Бедненький старый Саул. Давид споет ему.

















