Гончие смерти

Перед глазами у Глеба голубой молнией сверкнул меч травницы, и гончая смерти слетела с его груди, клацая развороченными зубами.

– Прочь! – оглушительно закричала Лесана и несколько раз махнула мечом, отгоняя от Глеба чудовищ. – Оставьте его! Я вас больше не боюсь!

Глеб успел увидеть, как Лесана ринулась прямо в центр адской своры и утонула в клубах черного дыма. А потом глаза его заволокло пеленой, он потерял сознание.

11

– Очнись! Открой глаза и встань, Первоход!

Глеб открыл глаза. То, что он увидел, выглядело настолько нереально, что сначала Глеб подумал, что спит. Однако прошло несколько секунд, и он окончательно пришел в себя. Мозг его заработал четко и ясно, и вместе с этим пришло осознание того, что все, что он сейчас видит, – реальность.

Прямо перед Глебом лежала на траве Лесана. Над ней стоял высокий человек, закутанный в черную хламиду. Лицо его было скрыто под черным наголовником. Вокруг Глеба, Лесаны и черной фигуры полыхала стена голубого огня, отрезавшая их от всего остального мира.

Глеб поднял с травы меч и встал на ноги. Потом нахмурился и неприязненно посмотрел на незнакомца. Верхняя часть его лица находилась под наголовником, и Глебу был виден только узкий и белый, словно выточенный из мрамора, подбородок.

– Здравствуй, ходок! – проговорил незнакомец из-под капюшона, и Глеб поразился тому, каким густым и глубоким был у него голос.

– Здравствуй и ты, жрец Нуарана, – отозвался Глеб. Он шагнул к Лесане, но жрец холодно изрек:

– Ты не должен ее трогать, ходок. До тех пор, пока мы не закончим наш разговор.

Глеб остановился, вгляделся в запрокинутое лицо травницы и спросил:

– Она жива?

– Да, – последовал ответ. – С ней все будет в порядке.

Глеб поднял взгляд на жреца.

– До сих пор я никогда не видел жрецов Нуарана по отдельности, – сказал он. – Только всех вместе. И я никогда не видел жрецов Нуарана безоружными.

– Оружие мне ни к чему, – спокойно проговорил жрец, и от голоса его – неправдоподобно ровного и гулкого, Глебу стало не по себе. – Ты пришел спасти нас от уничтожения, ходок. Ты – наш друг.

Жрец вынул кисти рук из широких рукавов черной хламиды и поднял их к голове. Руки эти были неестественно белые, перевитые голубоватыми жилками. Взявшись за края капюшона, жрец медленно снял его с головы."

"Глеб впервые видел лицо жреца Нуарана открытым. И лицо это было гораздо больше похоже на человеческое, чем он ожидал. Череп жреца был абсолютно лысым и мертвенно-бледным. Глаза были черными, лишенными белков. Губы – такие же белые, как и кожа.

Что-то в этом жутковатом лице, похожем на мраморную маску, показалось Глебу знакомым.

– Мы виделись раньше? – неуверенно спросил он.

По белым губам жреца скользнула тень усмешки.