Гордый, жестокий... желанный

Пенни очень понравился многоязыкий гомон, хотя она не поняла ни одного языка. Она крепко держала Хлою за руку, а девочка пораженно оглядывалась по сторонам.

Они заглянули в церковь, где, в отличие от улиц, было тихо, и поднялись по канатной дороге на вершину холма, откуда открывался чудесный вид на Неаполь. Оттуда был виден Везувий, и Санто рассказал дочери, как однажды началось извержение и под грязью и пеплом погибли Геркуланум и Помпеи.

— Когда ты подрастешь, я свожу тебя в Помпеи, — пообещал он.

— Посмотреть на пепел? — удивленно спросила она.

— Люди раскопали пепел, — объяснил он, — и ты сможешь увидеть остатки домов и улиц. Тебе будет полезно посмотреть.

Пенни подумала, что это слишком сложно для Хлои, но девочка кивнула:

— Тогда мне понравится. Спасибо, папа.

Когда они вернулись домой, Хлоя едва держалась на ногах. Ее искупали и уложили, и ее глаза закрылись прежде, чем они поцеловали ее на ночь.

— Хороший день, — удовлетворенно сказал Санто.

Пенни кивнула. Они приняли душ, переоделись и сидели на веранде с бокалами вина.

— Завтра мы отдохнем, а потом поедем в Рим и проведем там несколько дней.

Она удивленно посмотрела на Санто. На его лице не было удовольствия, и она поняла, что он делает это для нее. Может быть, именно это тревожило его весь день.

— Ты уверен?

— Конечно. Нельзя уехать из Италии, не увидев Рим. Я знаю, что это твоя мечта. Я был эгоистом.

Пенни хотела спросить, не передумал ли он насчет отца, но мудро промолчала. Санто был дома здесь, и она не могла понять, почему он повернулся спиной к своей стране. Должно быть, у них с отцом была очень крупная ссора. Она не могла представить, что должно было случиться, чтобы он отвернулся от обоих родителей и места, где родился. Ей хотелось бы больше узнать о его семье, например есть ли у него братья и сестры, но Санто был очень закрытым человеком: достаточно было вспомнить, с какой неохотой он рассказал ей о своей жене. Складывалось впечатление, что он поделил свою жизнь на отсеки, открывал каждый только в случае необходимости и надеялся, что необходимость не возникнет. Словно почувствовав, о чем Пенни думает, и испугавшись, что она озвучит свои мысли, он спросил:"

"— Почему бы тебе не рассказать мне про парня, который ранил тебя?

Пенни неохотно признала, что ее зацепил человек вроде Санто: богатый, привлекательный, обаятельный, настоящий дамский угодник. Дрожь прошла по всему ее телу, и она сделала большой глоток вина. На этот раз у нее было преимущество: она знала о риске, и это могло помочь предотвратить катастрофу. Однако она уже начинала влюбляться в него. Или ее просто физически влекло к Санто?

Пенни не боялась уйти в себя слишком глубоко и найти ответ, который ей не понравится.