Горец и леди

– Каких?

– Пора хватать добычу.

18

Эдинбургский замок

– Ты не могла бы заменить меня сегодня у королевы?

– Хорошо. Я скажу, что тебе нездоровится. Две молоденькие фрейлины походили на пару кукол, одинаково красивых, но во многом противоположных одна другой. Обе стройные, миниатюрные, но черные волосы Шены Менци резко контрастировали с белокурыми локонами и голубыми глазами Доротеи Драммонд. Как два драгоценных камня в одной оправе, они сидели, уединившись в укромном уголке комнаты.

– Как это романтично!.. – протянула Доротея, дав волю своему пылкому воображению. – У тебя с лордом Макартуром запретная любовь… тайные свидания… Ох! Как бы я хотела быть на твоем месте!

– Мы с Перси только раз погуляли вместе в парке, – засмеялась Шена. – А ты говоришь так, словно это Бог знает что.

– Ах, чарующие мгновения, – вздохнула Доротея. – Что ни говори, а это так волнующе, прятаться и скрывать свои чувства.

– В этом ты права, – согласилась Шена. – Если бы Мардок был при дворе, мы не могли бы так свободно разгуливать.

– Горцы – народ необузданный. А вдруг лорд Макартур похитит тебя и увезет в свой замок?"

"– Ну что ты. – В темных глазах Шены искрилось веселье. – Ведь у Перси нет своего замка. Это его брат носит титул графа и является владельцем Данриджа.

– А что бы ты сделала, – продолжала расспрашивать Доротея, – если бы он тайно увез тебя в замок своего брата?

– Ну, сначала нам, конечно, понадобился бы священник, – рассудительно заметила Шена, – а потом можно и снова ко двору.

И обе девушки весело рассмеялись.

– Ну, мне пора, – сказала Шена. – До вечера.

– До вечера.

Покинув свою комнату, Шена по длинному коридору направилась к лестнице. А, выйдя во двор, прямиком пошла к конюшне, где, как было условлено, ее уже ждала оседланная лошадь. Одарив веснушчатого грума улыбкой, она вложила ему в руку монету и легко вскочила в седло.

Перси ждал ее на эспланаде возле замка. Как обычно при виде любимого, Шена вся засветилась от радости. Его смеющиеся голубые глаза и мягкая обаятельная улыбка разительно отличались от вечно угрюмой настороженности ее брата. Мардока она всегда побаивалась и чувствовала себя рядом с ним довольно скованно.

– Куда ты меня повезешь? – спросила она, застенчиво глядя на Перси из-под черных ресниц.

– Сегодня на редкость хороший день, – ответил он, сворачивая на Хай-стрит. – Я думаю, неплохо бы прокатиться за город. Ты не возражаешь?

– Только если ты не забыл прихватить еды.

– Как ты могла подумать?! – воскликнул он, притворившись изумленным. – Разве я могу забыть о такой важной вещи, как еда?

Хотя солнце и не было видно за тонкой пеленой облаков, день оказался необычайно теплым для этого времени года. Скоро Эдинбург остался позади.