Горец и леди

Отогнав эту тревожную мысль, Йен сел на кровать и привлек Бригитту к себе. Ласково он стер слезы с ее лица, потом заглянул в затуманенную глубину ее зеленых глаз.

– Я ведь чуть с ума не сошел от беспокойства, – признался он.

– Обо мне?

Йен кивнул.

– И едва не убил Перси, когда узнал, что ты убежала.

– О, мне очень жаль.

– Разве Перси единственный, кто заслуживает твоего извинения? – спросил Йен.

Бригитта, словно провинившийся ребенок, отвела глаза в сторону.

– Если бы только ты задержалась тогда у отцовского кабинета на несколько секунд дольше.

"

"– У меня нет привычки подслушивать, – горячо возразила Бригитта. Зато привычка быстро впадать в негодование у нее уж точно была.

– Я ни в чем не обвиняю тебя, – мягко сказал Йен, – но если бы ты все-таки задержалась тогда подольше, ты бы увидела, что я оттолкнул Антонию.

– Ты ее оттолкнул?!

– Конечно.

– Ты ее не любишь?

– Я люблю тебя, дорогая. – В голосе Йена звучала искренняя нежность. – Иначе зачем бы я так неистово разыскивал тебя?

– Значит, я целый месяц испытывала несказанные мучения из-за ничего! – воскликнула Бригитта.

Но тут же, не желая сдаться так просто, подозрительно взглянула на мужа и спросила: – Я не знаю, можно ли тебе верить?

– Вот как! Разве моего слова недостаточно? – вскинулся Йен. И, видя, что она все-таки остается безмолвной, сдержанно добавил: – Я попрошу отца отослать Антонию обратно Маккинонам.

– Нет, я буду скучать по Гленде. А ты что, побывал в Басилдоне? Как ты вообще нашел меня?

– Я встретил по дороге одного нашего общего друга, – язвительно ответил Йен.

– Общего друга? – озадаченно переспросила она.

– Моего кузена, сына герцога Арджила.

– Я никогда не встречала…

– Магнуса Кэмпбела, – прервал Йен.

– Так Магнус – это…

Но не в силах больше сдерживаться, Йен наклонил голову и впился в ее губы жадным поцелуем. Язык его проник ей в рот, мягко касаясь, чувственно скользя, всячески призывая к любовной игре. Бригитта, прерывисто дыша, обняла его за шею и всем телом прижалась к нему.

– Я изголодался по тебе, – шепнул он возле ее губ.

Освободить красивую женщину от одежды пустяк для страстно жаждущего любви мужчины. Совершенно нагая Бригитта лежала на кровати, и Йен задержался на долю секунды, любуясь ее редкой красотой, которая принадлежала ему одному.

Но вид ее совершенного тела, такого нежного, теплого, такого близкого – только руку протянуть – возбуждал стосковавшегося Йена все больше. Он вытянулся рядом с ней, потом тяжело придавил ее к кровати в неутолимом желании слиться как можно теснее и припал к ее губам в долгом поцелуе, в который вложил всю свою страсть, копившуюся в течение этого бесконечного месяца.