Гордый

Андрей стоит возле дивана и орет. Из глаз катятся слёзы. Гордей, абсолютно сбитый с толку, пытается сына успокоить.

– Не, ну че вот ты начинаешь? – разводит руки в стороны. – Ты скажи нормально. Что ты хочешь. Я ж не знаю!

Чарли присоединяется к хозяину и возмущённо гавкает, но тут же поджимает уши и хвост.

Андрей указывает на полку над диваном. Я стараюсь понять, что именно сын пытается объяснить.

– Ты хочешь что-то отсюда?

Малыш затихает.

– Да! – кивает головой.

– Ну так бы сразу и сказал, – Гордей переводит дух. Но лицо у него совсем растерянное. – Это? – хозяин квартиры достаёт с полки что-то металлическое.

Сыночек машет головой. Нет, что-то другое.

– Вот это? – указывает на темную урну или пепельницу, не знаю, что.

Андрей вновь отрицательно машет головой.

А воодушевление в голосе Гордея блекнет.

– Ээээто? – нехотя продолжает предлагать свои вещи.

– Неа, – сын указывает на…

– Не-не-не, – с перепуганным видом Гордей уставился на сына. – Только не говори, что тебе нужен сфинкс! – тыкает пальцем в фигурку египетской кошки, что так и стоит тут, как и на моей памяти. Ни на миллиметр не подвинулась.

– Да! – Андрей подпрыгивает от радости и тянет ручки к желанной «игрушке». – Мя, мя!

Гордей замирая смотрит на сына. На лице уже следы паники.

– Те…тебе точно кошка нужна?

– Да!

– Не, ну погоди. Давай как-то… договоримся как-нибудь…. Ее просто нельзя брать, это не игрушка.

Слово «нельзя» – это как красная тряпка для быка…

Андрей вновь начинает кукситься, оттопыривает нижнюю губу."

"– Мя-мя, – зовёт кошечку. В глазах слёзы, и я приближаюсь и обнимаю сыночка, но он меня отталкивает и вновь пальчиком показывает на сфинкса.

– Слушай, я вот тебя сейчас по-родственному прошу. Не трогай, а?

Андрей вновь громко плачет, крепко зажмуриваясь.

А я пытаюсь его успокоить, шепчу ласковые слова, обещаю найти любимую игрушку и стараюсь увести в комнату. Но он вырывается. Капризным бывает, да…

– Ну давай в магазин съездим, ты себе другую кошку выберешь? – Гордей, совершенно обескураженный, виноватым голосом предлагает невесть что. – Ну что ты так расстраиваешься?!

Ну потому что ему именно эта кошка нужна…

– Пойдём, Андрюш.

– Ни-ни, – отдельные слоги он в последние дни уже стал говорить довольно уверенно, и это очень радует. – Мя-мя…

– Крис, ну я не могу ему дать! Ну ты видела, что он выбрал? Самое ценное.

– Есть в кого, – бросаю кисло.

Сынок уткнулся в мое плечо и плачет навзрыд, а у меня сердце разрывается. И уши закладывает.

– Можно тебя попросить, – чуть повышаю голос, чтобы перекричать сына. – На время, пока мы будем у тебя гостить, убери своё это «самое ценное» куда-нибудь. Чтобы он не просил.

Гордей совершенно выбит из колеи. Смотрит обалдевшим взглядом.

Никогда такого не было.