Гордый

Черт! Черт! Черт! Ну вот, осталось только соседнюю машину покалечить!

Внутри все трясётся. Нужно успокоиться. Отравление – это, конечно, ужасно, но не конец света. Я должна быть рядом с ним, чтобы ему не было страшно. Это впервые у нас…

Так, ладно. Плааавненько жмём на педаль… осторожно выезжаем…. Судорожно жму на тормоз, готовая открыть окно и орать, как последняя идиотка, на какого-то олуха на чёрном БМВ. Ну куда ты прешь-то, а!!! Вот куда он выезжает?!

Тук-тук-тук. Резко подпрыгиваю от осторожного постукивания в окно. Поворачиваю голову. Гордей крутит в воздухе пальцами, просит опустить стекло. Вместо этого я распахиваю дверь и выбираюсь из машины. Я вся на нервах, ничего не могу с собой поделать: как представлю своего малыша всего в слезах, свернувшегося в комочек… а меня нет рядом… внутри армагеддон какой-то.

– Кристина, давай-ка ты по-хорошему отдашь мне ключи и постараешься взять себя в руки. Тебе сейчас нельзя за руль, ты угробишься.

– Сыну плохо. Мне домой надо срочно.

– Прекрасно, – что прекрасно?! Берет меня за руку и, как бездушную куклу, ведёт за собой. Обходим машину, и он распахивает дверь. – Я тебя отвезу. Так ты хотя бы живой доедешь. Если хочешь, можем на моей машине…

– Нет, мне своя под окнами нужна.

– Надеюсь, ребёнка не возишь? Ты очень плохо ездишь, – замечает с осуждением. – Садись.

Хочется возразить, но нечем. Я затравленно смотрю на него, но не могу не понимать, что он говорит здравые вещи. Да, я не очень хороший водитель. Пока что. Доехать сейчас с ним безопаснее, чем самой, и выгоднее, чем на такси, потому что тогда восьмилетний Опель будет под рукой в случае необходимости.

Особо не раздумывая, молча занимаю предложенное место, и рядом со мной аккуратно закрывается дверь с тихим щелчком.

– Адрес нужен?

Насмешливый взгляд стал мне ответом. Ну да. Мужчина ведь меня «подвозил» недавно. Чтобы он-то, и забыл?

– Пристегнись лучше.

Доехали мы в гробовом молчании. Лишь припарковавшись он позволил себе очередное замечание:

– Отвратительная машина.

Кажется, он не заметил моего разъярённого взгляда.

– Тебе ее надо в сервис отвезти, подшаманить.

– Не до этого сейчас, – хватаюсь за ручку двери.

– Филатову твоему не до тебя было, когда ты это дерьмо купила. Кстати, на свои бабки, да?

– Какая разница?! – зло огрызаюсь.

– А такая. Он тебе даже тачку нормальную зажал!

Медленно выдыхаю воздух и произношу, как мне кажется, примирительные слова:

– Гордей, у тебя нет права лезть со своими упреками в мою жизнь. Но я тебе до сих пор искренне благодарна за то, что оплатил сестре лечение, когда больше помочь было некому."

"– Пожалуйста, – выплёвывает мне в лицо. – Но я не об этом.

Грациозным прыжком вслед за мной выбирается из машины, блокирует Опель и следует за мной по пятам.