Гордый

Отвечаю на поцелуй, мечтая, чтобы поскорее наступила ночь. А ещё мой любовник верен своему слову. Максимум, что он себе позволил – закинул мои ноги к себе на колени. И даже не гладит, как всегда. Просто тёплое прикосновение дарит волны нежности.

И я с ликованием отмечаю кислый вид роскошной блондинки с небесно-голубым взглядом. Я бы, конечно, посоветовала ей направить своё внимание и габариты на кого-то другого, но… благоразумнее промолчать. Да и к чему? Не собираюсь я сражаться за мужчину. Если он решит посмотреть на сторону, это его выбор, а о последствиях предупрежден заранее. Но сейчас… так здорово просто гладить Гордея по плечу и спине, зная, что он безумно хочет меня и рыцарски раздевает только глазами. Потому что обещал.

Наступления ночи мы оба ждали с нетерпением. Как только, попрощавшись на время с веселой компанией, мы заходим в выделенную нам комнату, я уже чувствую на себе настойчивые ладони.

– Ну Гордей, – глажу его по кистям и плечам. Завожусь от его близости. Взглядов. Страсти. – Ну дай хоть в душ сходить, нетерпеливый ты мой.

– В смысле?! Я нетерпеливый?! Я весь день послушно ждал. Все! День закончился.

Уверенно расстёгивает шорты. Ведёт ладонью от талии до белья.

– Ну ладно тебе, – расстегиваю его рубашку с коротким рукавом, касаюсь груди губами. Играю с огнём, знаю. Готова проиграть, между прочим, но я попробую. – Будь немного щедрее. Отпусти меня в душ на пять минут.

Он скептично выгибает бровь. А я царственно добавляю:

– Можешь понаблюдать, – уверена, в моих глазах он безошибочно читает все, что я готова сказать. – Хочешь?

– Хочу! И плюс с тебя желание! – заявляет с ходу.

– Да, мой господин, – тихий шепот успевает сорваться с губ ровно в тот момент, как Гордей начинает настойчиво проталкивать язык мне в рот, пленит и подчиняет себе. Он очень напряжен, и пока я стягиваю с себя одежду, он ласкает мою разгоряченную кожу. И я уже готова сдаться ему, но не для этого затеяла маленькую игру в «хорошего» Гордея. Мне нравится, когда он идёт мне на уступки. Пусть и такие мелкие. Это дорогого стоит.

Намеренно медленно и чувственно вспениваю гель для душа, наношу осторожными движениями, стараясь не перегнуть с соблазнением. Грудь ласкаю с особенной самоотдачей, чуть запрокидывая голову, в душе разгорается пожар и невесомый трепет: Гордей смотрит такими глазами… голодный зверь. Я – его добыча.

Он приближается, тоже набирает гель и со стуком ставит тюбик обратно. Уже растирает ароматную пену между ладонями. Мужской подбородок чуть выезжает вперёд, взор с матовой поволокой."

"– Готов ещё пять минут накинуть, – долетает охрипший голос, а ладонь бескомпромиссно располагается на животе. Гордей «помогает» мне, на деле же просто наслаждается прикосновениями: скользит, нежит, ласкает.