Золотой

– Понимаю, – продолжала Нина, – идет. В семь. На «Пушкинской»! У первого вагона от «Сокола». Йес. Надеюсь, Федора не будет? Твой Рябикин еще тот жук! А получится? Да нет, она поверила! Стопудово! Не волнуйся! Ой, папа, прекрати! Я дома совершенно одна! Этот мобильный только для тебя! А твоя любовь делать сюрпризы чуть не навлекла на нас беду! Расскажу сегодня! Пожалуйста, успокойся! Мама думает – меня вызвали на работу, она поехала на Новый год к приятелям. Нет, погоди, вторая мобила трещит. Сейчас!

Я покрылась липким потом. Папа! Таким образом Нина может обращаться лишь к одному человеку! Следовательно, Сеня жив?! Он не погиб в автокатастрофе?!

– Алло, – бодрым голосом произнесла Нина, – мамуся! Это ты? Приветик! Я? В Шереметьево! Скоро вылетаем! Вот не повезло! Встречу Новый год не с тобой. Ну-ну, не расстраивайся. Передай привет друзьям, ага, спасибки. Что тебе привезти из Японии? Ха-ха! Непременно! Живую? Шучу-шучу, статуэтку денежной кошки. Фарфоровую киску с поднятой лапой! Поняла! Не сомневайся. Да, мама, нам лететь не один час, сотовый отрубится, как сядем, эсэмэсну. Чмок-чмок, ты лучшая мама на свете.

На долю секунды стало тихо, потом Нина произнесла:

– Это мать, она доехала до места. Они с Лесниковыми идут елку во дворе наряжать. О Господи! Хорошо, принесу с собой! Не волнуйся. Да помню я! Папа! Мне не пять лет, и я записала адрес! Пожалуйста, не кричи, я не дура, координаты на самом виду! Говорю же, не идиотка, если что-то не прятать, оно внимания не привлечет. Я записала адрес в календаре, который висит на кухне, там полно записей, я его зашифровала. Но мы же встретимся в семь на «Пушкинской». О'кей. Меня ждет сюрприз? Супер. Чао!"

"Вновь воцарилось молчание, затем послышалось фальшивое пение. Нина явно куда-то собиралась, скрипели дверцы шкафа, потом на матрас над моей головой грохнули нечто тяжелое, деревянная решетка прогнулась, а я испугалась и постаралась сильнее вжаться в пол. Господи, сделай так, чтобы Нина не заглянула под кровать! Хотя зачем ей это делать? Здесь ничего, кроме клубов пыли, нет!

Время ползло черепашьим шагом, у меня заболело все тело, в горле першило. Это только кажется, что на полу удобно, совсем даже нет! Паркет жесткий, воздух под кроватью отсутствует!

Наконец я услышала стук входной двери, высунулась из-под покрывала, сделала несколько судорожных вдохов и поняла, что ощущает любовник, когда законный муж, не найдя его в шкафу, уходит прочь.

Еле живая от пережитого, я, сопя, выбралась наружу и посмотрела на часы: шесть. Времени, чтобы добраться до станции «Пушкинская», вполне хватит. Естественно, я поеду на метро, вот только нужно слегка изменить внешность. А еще Нина говорила об адресе, который записан на календаре!

Стряхнув оцепенение, я ринулась на кухню.