Город драконов. Книга шестая

Более того – миссис Макстон встретилась с моей матерью, уведомила ее о моей информированности обо всем и передала просьбу незамедлительно вернуться в столицу.

Что ж, я могла торжествовать – лорд Арнел был воистину сражен моим откровением.

– Вы правы, – медленно произнес он, – я вас недооценил.

Секундное молчание и тихий вопрос:

– А в целом мне интересно, существует ли хоть кто-то в принципе, кто осознал сразу, насколько вы проницательны и умны?

И ответ на данный вопрос у меня имелся:

– Таккария Стивенсон.

В следующее мгновение лорд Арнел разрушил отрезавшее нас от возможности быть услышанными заклинание, снова взял меня за руку и решительно вернулся со мной же в камеру Бетси, где просыпались и приходили в себя остальные мои домочадцы.

И не отпуская моей ладони, он произнес, вглядываясь в каждого из присутствующих:

– Элиот Карстон. Младший лаборант.

Несмотря на явное ожидание хоть какой-либо реакции на произнесенное имя, лорд Арнел не дождался ровным счетом ничего. И тогда, не став терзать всех нас неизвестностью, дракон сообщил:"

"– Помимо вас, за все годы у профессора Стентона служили лишь Элиот Карстон и Таккария Стивенсон. И никто более. Мы с лордом Давернетти пришли к выводу, что от вас скрыли присутствие обоих, к примеру в доме Стентона комната Элиота Карстона была скрыта за секретной панелью, комнаты второй горничной мы не нашли вовсе. Как и каких-либо вещей принадлежавшим этим двоим, и учитывая вскрывшийся факт ментального воздействия на Анабель, щадя ее чувства и ваше здоровье, сочли за лучшее разобраться в данном вопросе самостоятельно, не затрагивая вас. Однако я только что услышал имя Таккарии Стивенсон. Вы все знали о ней?

И он воззрился на мистера Уоллана. Дворецкий величественно кивнул, подтверждая, что о горничной было известно всем.

– Кроме мисс Ваерти, – вставила миссис Макстон.

– Благодарю, – сдержанно ответил лорд Арнел. – Элиот Карстон?

И тут уж мистер Уоллан был вынужден признать:

– Я впервые слышу это имя.

Но даже он, выговорив это, заметно нахмурился.

– Профессор порой придерживал дверь слишком широко, – выговорил мистер Уоллан, задумчиво.

– Иной раз профессор просил подать два прибора, вместо одного, – добавила Бетсалин.

– Скатерть с противоположной от профессора стороны, порой была чрезмерно грязна, я потратила немало сил пытаясь вывести эти пятна, – сообщила миссис Макстон.

– Иногда профессор поглощал просто немыслимое количество стейков и мясных рулетов, – вставил и свои наблюдения мистер Оннер.

– А я слыхал имя Элиот, – добавил со своей лежанки мистер Илнер. – Профессор частенько имел привычку говорить сам с собой, это меня никогда не волновало. Но лошади… Иногда коней что-то тревожило, я редко беру кнут, а тогда приходилось.