Город драконов. Книга шестая

И мне пришлось пояснить:

– Я невосприимчива к магии драконов, но это обоюдоострый меч – воздействуя на драконов, я трачу больше сил и ресурсов, чем следовало бы. Вот и все.

– Звучит так просто. – Отчеканил каждое слово лорд Арнел.

Я промолчала, стараясь даже не дышать в его жестких почти объятиях. И он это понял.

Ослабив хватку, Арнел протянул руку и накрыл мою.

На какой-то момент я затаила дыхание, осознав то, как выглядят наши ладони – его сильная, крепкая, теплая, такая большая, и мои похолодевшие тонкие дрогнувшие пальцы. Впервые поняла, насколько белой кажется моя кожа по сравнению с его, словно встретились бледный рассвет и сгущающиеся сумерки. Так удивительно, так красиво, так волнительно, так пугающе…

Мой судорожный вздох.

Его тяжелое дыхание и дракон переплел наши пальцы…

Я в жизни не испытывала ничего более чувственного.

– Знаешь, о чем я жалею больше всего в жизни? – вдруг тихо спросил лорд Арнел.

– О чем? – эхом отозвалась я, чувствуя, как тепло его ладони согревает не только мои пальцы и похолодевшую руку, но и сердце.

– О том, – большой палец плавно двинулся по тыльной стороне запястья, – что оскорбил тебя при встрече. Незаслуженно и жестоко.

Помолчал, и добавил:

– Еще о том, что вломился в твой дом с Кристианом в ту ночь…

Событие, о котором я вспоминаю одновременно со стыдом и с гордостью. Со стыдом по причине своего раздевания перед двумя лордами, а с гордостью, потому как это позволило вышвырнуть обоих незваных визитеров, невзирая на то, что они драконы, причем весьма неслабые.

– Я вас прощаю, – сделала великодушное заявление.

– Причиной прощения, как я понимаю, является тот факт, что, обезоружив нас весьма пленительными формами, вам удалось одержать победу, буквально швырнув нас мордами в снег?

Резко повернув голову, я оказалась нос к носу с Арнелом, но, несмотря на смущение, решительно подтвердила:

– Именно.

Дракон едва заметно улыбнулся.

– Анабель, – Господи, мое сердце сжалось, от того как Арнел произнес мое имя, и последующие слова я слышала словно через пелену тумана, – я не жалею о вторжении и последующем поражении, мне лишь бесконечно жаль, что в ту ночь я не был единственным зрителем."

"К своему стыду и позору, после того как Адриан произнес мое имя, мое сердце билось все сильнее, а взгляд не отрывался от волевого подбородка, от твердых, четко очерченных губ, от… Стоило поднять взгляд, когда лорд Арнел замолчал, и я почувствовала себя завороженной, загипнотизированной, совершенно утратившей свое «Я» в его глазах… Я в них тонула. Как в ледяном темном озере сумрачной зимой, обманчиво ощущая тепло, и пытаясь достучаться до разума, понимая, что это уже последний симптом замерзания, а замерзнуть можно и насмерть.