Говорят под Новый год...(не) Истинная для дракона

— Виктория, мне Кирриан всё рассказал, я так тебе благодарен, что ты решила мне помочь — и так сам говорит, а сам так на меня наступает, коварно улыбаясь и заставляя отступать в сторону стола. И когда уже отступать было некуда, я практически уселась на край стола и вдруг обнаружила, что принц меня обнимает и шепчет мне свои благодарности прямо в губы.

Жаркий поцелуй застал меня врасплох и неожиданно горячей волной желание растеклось по всему телу. И я…ответила.

Закинула руки, обнимая принца, зарылась в его волосы и поняла, что хочу его, несмотря ни на что, хочу отдать ему себя. Как будто поняв, что «бастионы пали» Вэллиан перестал осторожничать, и я почувствовала руки принца на спине, разрывающие шнуровку платья. Когда принц справился со шнуровкой, платье упало вниз, обнажив грудь. Его губы руки тут же переместились на шею и грудь, он подхватил меня, утаскивая со стола и платье упало к ногам, оставив меня в тонкой сорочке. Я поставляла шею под его страстные поцелуи. Перемещавшиеся с укусами, и сама подставлялась под бесстыдные ласки, которые вырывали стоны из моей груди. Вдруг принц развернул меня спиной к себе, нагибая к столу лицом и продолжая ласкать внизу живота, вызывая дрожь во всём теле, и произнёс, — Раздвинь ножки, девочка.

И меня, как холодной водой окатило, что это я делаю? Глаза открылись, и я поняла, что лежу животом на столе, голая практически, сзади стоит одетый принц, который даже штаны не снял и собирается поиметь меня вот так на скорую руку? И даже по имени меня не назвал, сволочь. Осознав всё это, я забилась в крепких объятьях, но принц и не думал меня отпускать. Меня охватило оцепенение, я замерла, словно надеялась, что если не буду отзываться, то принц отступится. Но какой там, его пальцы уже вовсю хозяйничали во мне… И какое-то тёмное наслаждение постепенно охватывало меня, заставляя выгибаться под умелыми руками этого гада."

"Я ещё раз попыталась воззвать к принцу — Вэллиан, нет, только не так, — но он как будто не слышал, продолжая ласкать меня, и все мои попытки освободиться лишь привели к тому, что одной рукой он прижал меня к столу, а второй подтянул за бёдра и вошёл, вошёл сразу на всю длину. Мне уже не было хорошо, потому что у меня давно не было мужчины, а принц, как с цепи сорвался, жёстко и напористо вбиваясь в меня, да ещё я практически задыхалась, прижатая к столу. Всё томление резко исчезло и осталось лишь горькое осознание, что меня насилуют, а я ничего не могу с этим поделать.

Глупая Вика… в глазах у меня потемнела и, похоже, я впервые в жизни потеряла сознание.

Утром я проснулась в своих покоях и сначала подумала, что мне всё приснилось, но при попытке встать, я поняла, что нет, не приснилось.