Говорят под Новый год...(не) Истинная для дракона

Да мне от страха даже жарко стало, адреналин поступал в кровь, сердце стучало как бешеное, только бы не впасть в панику, только бы сдержаться, потому что паника подступала и очень хотелось выскочить и бежать, и я даже в какой-то степени начала понимать героев фильмов ужасов, которые бежали в тёмные закоулки, ну вот, когда сидишь за телевизором, то не понимаешь, и чего они туда бегут, дураки. А вот сейчас, с адреналином вместо крови, я понимала, что если бы мне не надо было «разворачивать» себя из буквы Зю, потом вынимать палки, потом вылезать из дупла, то я бы уже давно рванула в самую чащу, и меня бы уже съели.

И меня даже стали посещать «крамольные» мысли — а так-то принц ничего плохо и не сделал, как говорится, мужику предложили, и он взял, и я бы сейчас точно поменяла это дупло на ещё раз «над столом». Тьфу ты, Виктория Кирилловна, слышали бы вас сейчас ваши ученики, оправдываете насилие? Ну-ну… С этими мыслями я и … уснула."

"Вот же организм у человека, как устроен, в состоянии повышенной опасности, казалось бы, нельзя спасть, надо держать контроль, но меня вырубило так, как я ни разу ещё не спала в этом мире. Проснулась я от жуткого холода и поняла, что надо идти, иначе я так и останусь в этом дупле, вот умора-то! А вот мне интересно, меня хоть кто-то ищет?

Тем временем

Я оказался в том же маленьком помещении, которое Вика называла своей квартирой… один. Так, я не понял, а где Виктория? Вроде только что была у меня в руках, и нет.

В квартире никого не было, зато я нашёл те странные штаны, которые мне давали в прошлый раз, они как будто специально приготовленные лежали и ждали меня. Оделся, накинул халат и ещё раз обошёл помещение. Так и есть, я один. Что могло произойти? Теперь я смогу это выяснить только через несколько часов, когда достаточно восстановлюсь, чтобы пройти через звёздный портал обратно.

Прошёлся по квартире, вспоминая, что всего пару недель назад очнулся лёжа на…Виктории, и как только я это вспомнил, меня словно молния ударила, и я стал вспоминать и воспоминания эти как мозаика стали складываться в одну большую и крайне неприглядную картину. Как я мог? Я оскорблял её, я смеялся над ней, я называл её…на этом месте мне захотелось зажмуриться и зарыть уши, как будто это могло что-то исправить.

Я позволял, чтобы над ней смеялись другие, а потом, когда она пришла ко мне и вдруг предложила себя, причём как-то неожиданно, как будто что-то узнала и решила помочь, сейчас я бы даже сказал, что самоотверженно и как она ответила на поцелуй, а я … скотина, я. Она же просила остановиться…Осознание нахлынуло как цунами, накрыв меня с головой, Виктория, это она, моя истинная.