Граф Суворов. Том 15 Финал (СИ)

Как минимум пятьсот.

— С Петра Великого? — уточнил я.

— С чего вдруг? Нет, с его троюродного прадеда, Ивана Васильевича, прозванного так же Грозным. — ответил Борис. — Именно он начал формировать единое государство, низводить всех своих родственников до статуса вассалов, лишая прав на престолонаследие, и вводить новые законы. Несмотря на очевидные проблемы, умер он имея двух наследников, пусть и слабых здоровьем… впрочем это не важно. С этого времени Русь была единым государством, а не разрозненными уделами или княжествами, как большая часть стран Европы.

"— Возможно ты не в курсе, но та же священная римская империя имеет в составе больше сотни герцогств, баронств и личных имений. Польша была порезана как овощной пирог, на мелкие куски, в каждом из которых были свои магнаты и шляхи, имевшие право выбирать себе короля… — проговорил в задумчивости Борис, и я понял, что его и в самом деле волнует эта тема. — Именно поэтому они раз за разом проигрывали России. Даже объединившись — они были лишь кусками, а мы — целым. Но по этой же причине мы не в состоянии долго находится в мире.

— Свободолюбивый дух мешает? — усмехнувшись спросил я.

— Если очень грубо, то можно и так сказать. Они тянули одеяло на себя… ну и дотянули, в начале до первой мировой, а затем и до развала империй. — ответил Борис. — Однако, как не удивительно, но они нашли выход из подобного положения. Британцы, я имею ввиду. Они освободили своих вассалов, сделав их частью федерации. Законно избранные президенты, принимая присягу, приносят клятву королю Великобритании, а жители даже не задумываются чем им это грозит.

— И ты хотел сделать так же? — спросил я. Слова императора заставляли задуматься, не укладываясь в голове.

— Хотел? Я делал так же, на протяжении десятилетий они хотели, чтобы Россия ослабла, чтобы ресурсы нашей империи стали общими, и для них не стало бы большой ценой вхождение в федерацию, особенно если бы они чувствовали себя победителями. — взглянув на меня в упор ответил Борис. — Двенадцать стран, со своими королями, президентами, регентами, канцлерами и первыми министрами, объединились бы в одну империю — омываемую с трех сторон океанами.

— А немцев с французами кто-нибудь спрашивал? — уточнил я.

— У нас отличные отношения с Елизаветой, так что брак не стал бы неожиданностью. — пожал плечами Борис. — Что же до французов — это их проблемы, что они порубили головы своим королям и устроили пять революций.

— И тебя не смущало бы даже то, что общество Тесла пустило бы руки по плечи в закрома нашей страны? — не веря спросил я.