Граф Суворов. Том 4

 — Власть важнее чужих жизней?

— Сказал мальчик, не успевший окончить военное училище, а уже закопавший… сколько? Человек десять? Пятнадцать? И это, не считая покалеченных физически и морально, тех чьи судьбы благодаря тебе поломаны навсегда. — криво усмехнувшись проговорил Роман, вертя в руках хрустальную стопку. — Тот же Геннадий, чем он тебе мешал, что ты его в кому отправил?

— Вы не в курсе? Отчет не читали? — зло уточнил я."

"— Он только вернулся, увидел поди в выжимке строку, а погружаться… некогда. — проговорил Мирослав. — Рома, твоему парню орденцы влили наркоту, по его собственному желанию. Убедили его в том, что Суворовы его кинули на произвол судьбы, обманули, вот он и пошел, а разнос.

— Из него вышел бы отличный гвардеец… а теперь что? — поморщился Роман.

— А теперь он будет жить, а не умрет от внутреннего кровотечения, как хотели служители Асклепия. — заметил я, повернувшись к дядьке. — Его подставили, а до этого — травили учеников наркотой. Да вы же сами в курсе, отчеты о прекращенном расследовании читали.

— Выжимку. — кивнул Роман. — Когда отец сможет вернуться в генеральный штаб? Надо хоть одну дыру заткнуть, а я не справляюсь с твоими старыми интриганами, все время кажется, что они меня переигрывают. Сплошная недосказанность, какая-то подковерная борьба, ужимки, полунамеки… устал я от этого.

— Держись, сынок, маршалом будешь. Если все закончится удачно. А даже если нет, останешься главой гвардии его императорского величества. — проговорил Мирослав, подбадривая сына, но и в этой фразе мне послышалось то, чего так боялся Роман — недосказанность.

— Раз уж разговор пошел о политике, что скажете о свадьбе Екатерины и Гавриила? — решил взять я инициативу в свои руки. — Говорят это сильно поднимет ее шансы вернуться на престол, к тому же уже добавило легитимности в глазах высшей аристократии. Она может вернуться?

— Вряд ли… — проговорил Мирослав, не слишком уверенно.

— Если эта змея снова получит власть, она всю страну в крови утопит. — с гримасой ненависти проговорил Роман. — Ее приказы… нет, если она хоть сунется обратно — я своих парней сдерживать не стану.

— Не забывай, что «твои» парни — мои вассалы. Покуда я глава рода, мы будем служить империи, а не творить военные перевороты. — отчеканил Мирослав, но выпрямившись тут же скорчился от боли. Все же до выздоровления ему было очень и очень далеко.

— А разве предыдущий переворот стал бы возможен без Суворовых? — удивленно спросил я. — Мне казалось, что ударные силы…

— Не стоит об этом болтать при посторонних, но даже если бы мы не ударили пальцем о палец — ничего бы не поменялось. — нехотя ответил Мирослав.