Граф Суворов. Том 3

Почти месяц он жил на две работы, держась только на кофе и стимуляторах. Пару дней назад — отрубился прямо на совещании, и чтобы такого не допустить впредь, искал себе замену, но пока — безуспешно.

— Тринадцатимиллиметровый длинноствольный патрон — щитобой. Предназначен для уничтожения младшего командного состава, тяжело бронированных доспехов и легкой шагающей бронетехники. — прочитал Роман выдержку из отчета. — И как же нашему подопечному удалось остановить три пули подряд? Есть идеи?

— Есть теория. — завозившись на стуле ответила Мария. — Я уже две недели учу его применять резонанс, и у него с каждым днем получается все лучше, однако не без странностей.

— Короче. — попросил Роман, массируя виски.

— Он использовал пресс, вместо щита. У них разная структура. — ответила Мария.

— В курсе. — кивнул граф, строго посмотрев на преподавательницу. — Но ты же сама знаешь — пресс невозможно держать включенным. А допустить что он совершенно случайно активировал конструкт, вложил в него достаточно сил чтобы он выдержал три попадания щитобоями, и все это — в нужном направлении — это уже перебор, не считаешь?

— Или так, или мы просто слишком мало знаем. — тихо произнесла Мария, и в этот раз спорить с ней Роман не стал.

Глава 8

Через неделю стрельбы возобновились, но то с какой тщательностью была проделана подготовка о многом говорило. Вокруг всей территории училища вырос трехметровый забор, а единственный покрытый лесом холмик, километрах в полутора от стрельбища, просто срыли. Не знаю даже, чем было вызвано такое усердие. Может, конечно, с покушением на меня любимого, а может с тем, что внезапно на территорию училища начали перебираться военный со всей империи."

"В начале это было неочевидно. Ну появляются какие-то левые взрослые в военной форме — ну дела у них в администрации. Но когда в парке перед корпусами вначале разбили палаточный лагерь, а потом начали возводить из металлоконструкций и пенобетона новые дома — стало понятно, что грядут изменения. И они не заставили себя долго ждать.

Строганов вернулся к нам ровно на два дня, выстраивая новую вертикаль муштры, а после инструкторы начали меняться словно в калейдоскопе. И ведь умудрялись не ломать программу тренировок, а разнообразить ее все время делая интересней и чуть тяжелее. Для меня — не чуть, ведь с начала февраля «в поле» мы занимались исключительно в резонансных доспехах.

И если большинство моих одногруппников было способно пробежать по крайней мере пару километров, пока не кончится запас энергии или пока они не собьют концентрацию, то я бежал в этом металлическом гробу с самого начала, таща на себе больше пятидесяти килограмм стали.