Грешники

- Кир, ну где ты там!

Из колонок от начала до конца проиграла популярная песенка.

И веселая парочка скрылась за воротами.

Продолжаю складывать в линейку комочки фольги. Притворяюсь, что увлечена своим занятием безумно.

Ни за что не заговорю первой.

Он тоже молчит.

Я напрягаю слух.

Вот тихонько звякнул стакан - Савва поставил его на ручку кресла. Вот оно скрипнуло - сосед поднялся.

Мягкая трава его шаги скрадывает, я напряжена, как струна. Дрожащими пальцами смяла последний кусок фольги, отодвинула контейнер.

На талию легли широкие ладони, кожа к коже - и я замерла.

Он развернул к себе так резко, что ноги заплелись, взметнулись волосы и ударили по лицу.

Запрокинула голову к нему.

Играет музыка. И солнце садится, теплые лучи путаются, догорают в его волосах. Серые глаза смотрят серьезно, требовательно, и я забываю, что собиралась хранить молчание.

- Другу на свадьбу алкоголь принес, а постороннему мужику часы с руки снял.

- Да.

- Что - да? - дернулась, и его руки сжались сильнее. - Ты этими часами только что...

- Ты жалеешь о нас, - перебил он и наклонился к моему лицу, непослушная русая челка упала ему на лоб, и я в который раз поразилась, насколько красива эта небрежность, в нем ведь нет изъяна, неправильности, слабости, даже на луне есть темные пятна, а он - его словно лепили боги.

"- О каких еще нас, - слова такие сухие, скребут горло. Притворяться мне сложно, но я не сдаюсь, нагло рассказываю, в глаза ему. - Ты напился и ничего не помнишь. Дал мне соль, открыл дверь и выставил за порог.

- Злата.

Его рука метнулась к моей шее, пальцы сомкнулись на горле.

- Ты от мужа сбежала после того, как я тебя трахнул. Тебе стыдно стало? - голос вкрадчивый, пальцы оглаживают кожу на моей шее, ласково, успокаивая будто, перед тем, как свернуть.

Жалею, что по соседству живет именно он, муж моей подруги, друг Кирилла, мужчина, от которого я голову потеряла.

В деталях помню его обнаженное тело, его взгляды, ухмылки, его запах, его дыхание в трубке слышу до сих пор.

Он видит. Что я не жалею. Читает меня, словно над моей головой транспарант висит с крупными кричащими буквами:

Я БЕЗ УМА ОТ ТЕБЯ

- Ладно, - уголок полных губ дрогнул. Ладони двинулись по моему телу, палец подцепил лямку купальника, и она соскользнула с плеча.

- Да! - выкрикнула ему в лицо, не выдержав напряжения.

- Ты ослушалась, - спокойно напомнил Савва.

И одной рукой перехватил меня за талию.

Ноги оторвались от земли, я в воздухе повисла, вскрикнула.

- Не надо!

- Чего не надо?

Размашистым шагом он приблизился к бортику бассейна.

И швырнул меня в воду.

Нагретая за день она приятно окутала, я оттолкнулась ногами от дна и вынырнула, широко открытым ртом глотнула воздух.