Греховная невинность
Недавно овдовевшая красавица Ева Дагган — куртизанка, сумевшая выйти замуж за своего покровителя-графа, — наивно полагала, что бомонд забудет о ее прошлом. Однако бывшей даме полусвета не нашлось места в обществе, и Ева, униженная и отвергнутая, была вынуждена поселиться в провинции, в унаследованном от мужа доме. Именно там, в сельской глуши, она впервые в жизни страстно полюбила. Но, увы, предметом ее страсти стал не кто иной, как молодой священник Адам Сильвейн, которого все в округе считают образцом добродетели. Так смеет ли бывшая куртизанка рассчитывать на то, что Адам ответит на чувство, которое ей все труднее скрывать?
Она едва не упустила суп — тот уже начал выкипать, но ловкая Кэтрин успела подскочить к печи и спасти его. Ева начала было подметать пол, но вдруг замерла, пока один из мальчуганов не выхватил у нее метлу.
— Хорош палубный матрос, нечего сказать, леди Уэррен! — воскликнул он строгим голосом. — Тридцать суток в трюме!
— Не слишком ли суровое наказание? — мягко возразила Ева.
Она взяла младенца из рук миссис О’Флаэрти и села в кресло. Один из мальчиков устроился рядом. Ему почти удалось вытащить гребень у нее из волос, прежде чем она заметила. Графиня не обратила внимания, что Эми и Дженни держатся отчужденно.
Поцелуй Адама заставил ее забыть обо всем. По телу еще разливалась дрожь, голова кружилась, как от хмеля. Перед глазами расстилался туман. При одной лишь мысли о пережитом пьянящем чувстве она испытывала его вновь и вновь. Ее шея пылала там, где ее коснулись губы Адама. Одного легкого касания губ оказалось довольно, чтобы Ева потеряла рассудок.
Радость и страх в ее душе сливались вместе, словно два танцора, кружащихся в страстном танце.
Желание разгоралось в ней все сильнее, все нестерпимее.
Она не заметила, как Эми Питни, занимавшаяся чтением с одним из мальчиков, вдруг замолчала, глядя на нее из другого угла комнаты жестким, холодным оценивающим взглядом.
— Леди Уэррен, ваш медальон действует. Он в самом деле защитил нас, — шепнула ей капитан Кэтрин, по-детски доверчиво прильнув к ее плечу. Ева с иголкой в руке старательно зашивала и штопала прорехи в бесчисленных детских фартучках и коротких штанишках. — Отец ушел.
— Я раскрою тебе один секрет, капитан Кейти.
— Я знаю, — шепотом призналась Кэтрин.
Ева едва удержалась от улыбки. Ей нравилась уверенность этого замечательного ребенка.
— Иногда на долю сильных и умных людей выпадает больше испытаний. Но это потому, что их ждут великие дела, капитан Кэтрин. Подчас то, что кажется концом испытания, на самом деле лишь часть длинной, захватывающей, чудесной истории с множеством увлекательных приключений. Ты когда-нибудь слышала о подвигах Геракла?
Капитан Кэтрин покачала головой.
— Тогда мы почитаем о них вместе, хорошо?
Ева задумалась об испытаниях и захватывающих приключениях, которые требуют мужества. Ей тотчас вспомнилась Эми. Хейнсворт собирался в ближайшие дни поговорить с отцом девушки, а значит, следовало ее предупредить.
Еве предстоял нелегкий разговор. Возможно, один из самых трудных в жизни. Но поцелуй Адама придал ей смелости, она чувствовала странное опьянение, словно хлебнула настойки опиума. В воспоминании о пережитых мгновениях она черпала силы.

















