Греховная невинность
Недавно овдовевшая красавица Ева Дагган — куртизанка, сумевшая выйти замуж за своего покровителя-графа, — наивно полагала, что бомонд забудет о ее прошлом. Однако бывшей даме полусвета не нашлось места в обществе, и Ева, униженная и отвергнутая, была вынуждена поселиться в провинции, в унаследованном от мужа доме. Именно там, в сельской глуши, она впервые в жизни страстно полюбила. Но, увы, предметом ее страсти стал не кто иной, как молодой священник Адам Сильвейн, которого все в округе считают образцом добродетели. Так смеет ли бывшая куртизанка рассчитывать на то, что Адам ответит на чувство, которое ей все труднее скрывать?
Я в восторге, — с нескрываемым сарказмом отозвалась Ева, хотя ее невольно тронула наивность мисс Чаринг — похоже, девчонка считала леди Уэррен неотразимо привлекательной.
Внезапно в отдалении послышался какой-то глухой стук, за ним последовало дребезжание и позвякивание. Шум все нарастал, неумолимо приближаясь.
Застыв на месте, мисс Чаринг вытянула шею и осторожно повела головой.
— Леди Булман… вы слышите?..
Несколько мгновений спустя в комнату тяжелой поступью вошла Хенни, неся чайник с чаем, чашки и блюдо с горкой свежеиспеченных лепешек, которые источали божественный аромат.
С грохотом поставив поднос на чайный столик, Хенни одобрительно улыбнулась дамам и гренадерским шагом направилась к двери.
Мисс Чаринг долго смотрела ей вслед, пока та не скрылась из вида. Возможно, желала убедиться, что горничная действительно ушла и не собирается возвращаться.
— Это Хенни, — любезным тоном объявила Ева вместо объяснения. — Можно попросить вас разлить чай?
— С удовольствием, — вежливо отозвалась мисс Чаринг глухим, слабым голосом.
В наступившей тишине хозяйка и ее гостья сделали по глотку чая.
— Должна признаться, леди Булман, я пришла к вам сегодня неспроста, — отважилась заговорить Джозефина. — В беседе с миссис Снит вы обмолвились, что умеете добиваться желаемого. И обещали поделиться опытом, если нам понадобится совет, как обращаться с мужчинами.
— Да, действительно, я это говорила.
— Дело в том, что… я хотела бы… покорить одного мужчину.
— Прекрасная цель, — решительно поддержала девушку Ева.
— Я никогда еще никого не очаровывала, насколько мне известно. Хотя кто знает?
Еве так и хотелось ответить: «Подаренные драгоценности — верный знак».
— Ну, — осторожно начала она, — часто многое зависит от того, о каком мужчине идет речь.
Мисс Чаринг перевела дыхание, набираясь мужества, и взволнованно сплела пальцы.
— Это… преподобный Силвейн. — Она произнесла имя пастора сдавленным голосом, полным скрытого страдания.
Ева не сразу нашлась с ответом. В улыбке пастора отражались самые разные чувства и мысли, однако всякий раз его улыбка завораживала.

















