Гризли

Для себя и для меня.

— Я без обуви, помнишь?

Я затянулась пару раз и затушила. Что-то не в кайф.

— Решим это.

Продавцов в недешевом магазине не сильно удивило мое явление в кроссах на четыре размера больше, или они вида не показали. Помогли мне выбрать обувку быстро и профессионально, одарив в процессе сладкими улыбочками Длинного. Явно узнали — он личность у нас широко известная в узких кругах. Он, правда, ни на кого не повелся. Ясное дело: девы тут не на его вкус. У обеих светится немалый опыт в резво ощупывающих и оценивающих крашеных глазках. Таким в лоб он предложение сделай переспать — пойдут без выкрутасов. А он у нас соблазнитель и охотник хренов.

Зависнув ненадолго в суши-баре, где я толком и не ела, а чисто ковырялась в сырой рыбе, запрещая себе вспоминать ту, которой кормил меня гризли, мы двинули дальше в клуб.

Я не стала морочиться и пачкать рот коктейлями или пивом. Сразу вдарила по текиле. А она по мне. Да так качественно, что я понятия не имела, как оказалась у Яра на пороге спустя… да хер его знает сколько. Ночь и ночь кругом — откуда мне знать, сколько там времени.

— Сова, открывай, медведь пришел! — заорала, затарабанив в дверь."

"Даже сквозь алкогольную дымку, придающую вечно необычайную простоту бытию и незначительность любым дебильным поступкам, пробилась-таки мыслишка: какого хера я приперлась? После того, как сама постаралась поставить смачную точку в этом ядовитом для меня безумии. Все же для себя решила. Ага, а нажралась — и перерешила. И принесли меня ноги на порог моего гризли. Да ладно, Рокс, давай по чесноку — не ноги тебя сюда принесли, а то, что между ними. П*зда, которой я что-то, весьма похоже, не хозяйка. И не потому что по пьяни, а потому что она, зараза эта, признала своим хозяином чертова гризли. Вот не зря киской ее кличут. Кошка блудливая точно, пошлялась и опять ее тянет, где послаще и пожестче. Потому что и то, и другое с ним в кайф.

Дверь открылась резко, обрывая мои дебильные размышления о своевольности собственных частей организма, ослепило ярким светом после уличной темноты, и, потеряв равновесие, я повалилась вперед. И остановилась, только упершись ладонями в твердую опору в виде широченной груди моего медведины.

— М-м-м, — заурчала я той самой, еще не драной, озабоченной кошкой, моментально прилипая к нему щекой, глубоко вдыхая такой свежий и знакомый запах, выбивший сигаретную вонь клуба и приторную гадость автомобильного освежителя подвезшего меня незнакомца.

Не мешкая, полезла ладонями под ткань его футболки, жадно и бесстыдно лапая все, до чего добралась.

— Нажралась? — зачем-то спросил Яр, ловя и отодвигая мои наглые конечности. И так не видно, что ли, что я почти в говно. — На голодный желудок небось? Идем, разогрею поесть.