Гризли

Иди вон о своем чучеле одноглазом заботься! А мне чужой заботы в жизни хватило!

Выдернула из его руки бокс с лекарствами, откопала перекись, полила повреждения. Гризли нависал надо мной, и я прямо-таки кожей чувствовала его пристальный взгляд. Психанув окончательно, выхватила свои сумки из багажника и потащила их к дому. Лезет он тут. Засунь себе свои добрые порывы, куда солнце не заглядывает!

Дверь в хибару была уже открыта, и я ввалилась внутрь. Да уж, и это я еще бабкиной хатой перебирала? Это вообще какой-то приют лешего. Комната всего одна, как и кровать. Даже скорее какая-то лежанка, не особенно-то широкая. Спальня класса люкс, чё. В углу черная железная хрень, буржуйка по ходу с плитой, на стене — полки с посудой. Кухонный уголок, стало быть. Посредине стол без скатерти, обычные строганные доски. Столовая тут у нас. Шикардос!

— Удобства, так понимаю, под ближайшим кустом? — скривившись, спросила нагруженного пакетами гризли, что появился в дверях.

— Не под кустом, но на улице.

— А кровать всего одна?

— Есть еще и пол.

— Ну это хорошо, что ты со своим спальным местом определился. А в качестве люстры тут керосинка? И ты думаешь, что есть что-то, кроме цепи, что заставит меня прожить тут две недели. Завтра же я отсюда сваливаю.

— Попытаться можешь. До ближайшего жилья тут тридцать пять километров и все по лесу со всяким зверьем.

— Ну после тебя-то мне некого бояться.

— Ты столько за день не пройдешь.

— Добрые люди подберут, — легкомысленно отмахнулась я.

— Нет тут таких.

— Одни засранцы? Ах, да я же так и поняла, что тут твои родные места.

— Нет, просто охотники сейчас в лес не суются — незачем. Грибы-ягоды собирать местные так далеко не ездят, есть у них урожайные местечки поближе. Просто случайные туристы тоже не заглядывают."

"— Херня, найду способ.

— Ты только прежде чем все же отправиться на его поиски, хорошенько и в красках представь себе ночевку в пути посреди леса. Да и днем, кстати, зверье тут не слишком стесняется на глаза показываться.

— Ага, а кое-кто из этого зверья вообще вон в город перебрался и человеком прикидывается, — раздраженно пробурчала я, бросила сумки и подошла к кровати.

На ней вместо покрывала была огромная шкура какой-то твари. Сто процентов медвежья.

— Твоя? — приподняла я мех пренебрежительно кончиками пальцев. — Блохастая небось. Интересно, если ее спалить, тебя какой-нибудь добренький Кощей в свое царство не утащит? Такой очень особенный Кощей, который западает на здоровенных гризли.

— Блох там нет, а вот пыли может хватать. — Блин, это он после траха такой невозмутимо-непрошибаемый? — Хочешь полежать — вытряхни на улице.

— Ага, начнем с малого: вытряхни шкуру, потом вымой полы, отдрай посуду, еще и жрать свари и подай.