Грот в Ущелье Женщин

Она и в штиль-то побаивалась, я знал об этом, ходить по Чертову мосту, а последнее время, когда совсем отяжелела, отмалчивалась, когда я предлагал сходить в становище. А тут в шторм, да еще одна… Понятно, она гордилась своей смелостью и решительностью, предвидя, как станет массировать мое закоченевшее тело, и оно начнет оживать, наливаться теплом; а мы распарились под малицами и спирт ее оказался не нужным.

Сколько раз я возвращался с границы домой промокшим и продрогшим, и ей составляло явное удовольствие – это я чувствовал – помогать переодеться мне в сухое, растирать до розовости теплыми ладонями спину и грудь – на этот раз я обманул ее ожидание.

Не сосулькой приехал.

Через несколько минут мы, переодетые, тесно сидели за столом и, обжигаясь, опустошали тарелки с лапшой, а прапорщик Терюшин докладывал:

– Корабль Конохова к нам идет. Пособить с катером.

– В такой шторм близко к берегу не подойдет, – возразил Полосухин. – Воротом сдергивать придется.

– Отправил я топоры, скобы, пилу. Только, думаю, что ж ему на берегу обсыхать. Вал бы, пока малая вода, сменить. Сейчас он, как в доке. И еще, Северин Лукьянович, логер вышел.

Стройматериалы и взвод строителей везет. Вот и считайте, позарез катер нужен.

– Логер штормягу перестоит где-нибудь в затишке, и все же… Как, Ногайцев, уважим старшину?

– Так точно.

– Вот и порядок. Значит, так: я, Ногайцев и ты, Денис Константинович, идем к катеру.

– Побежал я тогда, винт и вал тащу, – поднялся из-за стола Ногайцев.

– Разрешите и мне с вами? – необычно робко попросил Гранский и потупился.

Вот тебе и Гранский… Не похоже, что он. Просить – не в его стиле. Обычно он предлагал. Уверенно предлагал, зная, что поддержка обеспечена наверняка.

Выходит, перевернули человека штормовые часы. Что ж, не так уж и плохо. Пусть оглядится, как сказал бы Конохов, по бортам и отсекам.

– Насильно спать никого не укладываю, – ответил Полосухин. – Желающие могут идти.

Поднялись все солдаты, а Лена возмутилась:

– Передохните хоть чуточку. Еще по стакану чайку.

– Спасибо, Лена, за заботу, увы, – Полосухин развел руками. – Вода ждать не станет.

Глава восьмая

К рассвету, когда солнце, почти не отдохнув за сопками, вновь заскользило по их снежно-каменистым вершинам, катер ошвартовался у причала.

Сняли его сравнительно легко: ветер забрал севернее, успокоился, приливное течение сбило волну баллов до двух; волны раскачивали катер, но не захлестывали его, и на полной воде без особых усилий удалось катер вырвать из каменного плена."

"Но служба бы показалась медом, если бы граница не подбросила, как она это обычно делает, новые вводные. Первую – устами Конохова. Пожелав нам больше не спотыкаться о топляки, повел он корабль курсом на север, и сразу же набрал самый полный ход.