Гвардия не горит!

Командиры батальонов, полков, а то и дивизий разъезжали между своими подразделениями на джипах. С охраной, но она не всегда спасала, пример тому – генерал Ватутин, да и не он один, кто рангом поменьше.

Илья подошёл к бойцам, ещё из-за ёлки покашлял, чтобы не пальнули сдуру.

– Бойцы, трое немцев по нам стреляли, один ранен. Надо уничтожить.

Бойцы, что вместе с ним из госпиталя выписались, – пехотинцы и, судя по лицам, особого желания преследовать в лесу гитлеровцев не имели. Одно дело вести бой в окопе или траншее, другое – в лесу, где враг за каждой ёлкой может притаиться и дать очередь в спину.

– Так! Я иду первым, ты справа от меня десять шагов, ты слева. Без нужды не стрелять, не разговаривать, не курить, идти тихо.

– Слушай, старшина. Я ещё до своего полка не добрался, а ты меня под пули подставляешь. Вот покосят нас немцы всех, предположим. Так домой отпишут – пропали без вести, дезертиры. Из госпиталя ушли, в полку не появились.

Доля правды в словах солдата была. Но оставлять безнаказанными немцев нельзя.

– Хорошо, я буду воевать, коли у вас кишка тонка. Но хотя бы идите по сторонам, боевым охранением. Вперёд!

Илья шёл по следу немцев. Трава примята, кое-где опавшие листья сдвинуты ногами в сторону, а местами даже на влажной земле следы сапог видны. Сапоги немецкие, с подковками, шляпки гвоздиков квадратные. У сапог красноармейцев железных подковок нет, а каблуки прибиты гвоздями с круглыми шляпками. А ещё капельки крови встречались – самый убедительный след. И что интересно, рядом, параллельно два следа идут. Похоже, один из гитлеровцев поддерживает раненого. Только Илье непонятно, зачем фрицы по грузовику стреляли? Хотели захватить и на нём ехать? Тогда зачем по колёсам и мотору стреляли, ведь радиатор пробит был, пар из него валил. На такой машине не уедешь, в ремонт нужно. Или злость одолела, решили одиночный грузовик уничтожить? Да, в общем-то, всё равно для Ильи."

"Следы крови всё чаще, и капли погуще. Раненого ведут, не перевязывая, и он кровит изрядно. Должен вскоре ослабеть, и его бросят. В отличие от русских, способных на товарищеские чувства, самопожертвование, немцы думают в первую очередь о себе. Да все европейцы так воспитаны. При коммунистическом режиме чувство взаимовыручки, помощи развито было. Впрочем, у русских это в крови. Поговорка «сам погибай, а товарища выручай» не в сороковые годы родилась, а ещё в пору дружинников, воевавших мечами. Или вспомнить клич: «Не пощадим живота своего за други своя!» Ещё со времён Александра Невского известен.

Углубились в лес метров на двести. Раненый уже ноги плохо поднимал, судя по следам, левую ногу волочил, опираясь рукой на помогавшего камрада. А ещё через сотню метров Илья увидел ноги в сапогах под ёлкой. Сразу на землю бросился.