Я б ему... дала

– И с первого раза не соглашаешься.

– Именно... А-а-а... – Даша начала подмахивать бедрами навстречу. Сопротивления больше не было. Только желание. Такое же, как мое. Точь-в-точь как в прошлый раз.

– Скромный бухгалтер маленькой компании, – закончил я, уже приподнимая свою даму под попу, чтобы насадить на себя. Но не успел.

* * *– Ты знал?! – Даша взвилась вверх, как ракета «Земля – Воздух». – Всё это время знал, что я не из эскорта, и молчал?

– Даш... – Мой мозг отчаянно не успевал за сменой повестки.

– Вот гад! – Ладонь мелькнула в опасной близости от моей щеки.

– Да, блин...

Ещё надеясь вернуть все как было, я потянул попу назад. Попытался прижать сопротивляющуюся женщину к груди, но русалку мою переклинило качественно. Мыльная, она выскальзывала из рук и поднимала такие фонтаны брызг, что могла залить всю спальню.

– Ты мне деньги за секс предлагал! Как проститутке!

– А ещё бартер. Удовольствие за удовольствие.

Прямо перед глазами оказались розовые булки. Как я люблю, с ямочками. Пена белыми ошметками полетела по сторонам. И количество купающихся сократилось до одного идиота. Меня!

– Еще и на неделю здесь заставил остаться.

Даша одевалась с такой скоростью, словно мы ждали гостей.

Оставалось лишь удивляться причудливой женской логике. В роли дамочки из эскорта моя Золушка была готова на все. Льнула как кошка, стонала, а после того, как выяснилась правда, нажала на тормоз.

– А целый чемодан одежды, значит, не в счет?

Поняв, что сегодня в меню только птица Обломинго, я откинулся на бортик ванны и сквозь зубы выругался.

– Вот привёз бы с собой из Питера сговорчивую ""невесту"", глядишь, и тратиться вообще не пришлось бы.

– Мне что-то провинциальные ""невесты"" стали нравиться больше.

– Какие мы переборчивые! Экзотику подавай! Скука заела? – фурия налила себе полный бокал шампанского и выпила залпом, как воду.

– Да куда там столичному силикону до местных натуральных прелестей!

– Скажи лучше, что решил воспользоваться моим зависимым положением.

– Если б это было так, ты бы сейчас лежала вон там, – я указал на нашу кровать. – С раздвинутыми ногами и громко стонала.

Бухгалтерша моя разрумянилась, рукой себе, как веером, помахала, но не сдалась.

– Ну и самомнение у тебя! Не пойму, герб давит или эго между ног?

В ответ так и хотелось сказать: «Жизненный опыт», только после второй за два дня осечки хвастаться было нечем.

Опыт был! Некоторым на пару-тройку жизней хватило бы. Но женщин, которые вначале так страстно отдаются, а потом так яростно сопротивляются, не было.

Обычно сдавались без боя или, убегая, оглядывались. Не знаю, что там у баб работало: инстинкты, корыстный интерес или серое вещество в черепушке. Однако эту... ничто ее не брало.