Я болен тобой (СИ)

– Либо ты будешь хорошей девочкой, и до моего возвращения из Штатов делаешь всё, что говорит дядя Миша. Тогда, завтра я улечу вечерним рейсом, – говоря это он делает два шага к стене и прижимает меня собой, так что дышать становится совсем трудно.

Ах. Он вернется. Но сначала уедет.

– Либо мы сейчас едем ко мне, – наклоняется и целует шею, – я задерживаюсь здесь на неделю, и всю эту неделю беру тебя во всех позах, которые мне нравятся. А потом ты всё равно ждёшь моего возвращения под присмотром дяди Миши.

Угольки из-под котлов в аду переместились мне под кожу. Я горю.

– Выбирай, – говорит полушепотом мне на ухо.

– Извращенец, – прикрываю на секунду глаза, ну и выбор! Хотя я сейчас в таком состоянии, что готова согласиться и на второй вариант, но не сдаюсь. Мозг ещё работает. Наклоняю голову вбок, открываю и сразу сужаю глаза. – А ты не устал так стоять?

Улыбается, как же красиво этот гад улыбается.

– Ты ошибаешься, если думаешь, что я сейчас шучу.

Я это вижу, но надо сменить тему, пока это возможно.

– У меня вопрос, а куда делась твоя любовь со второго курса, которой ты подарил машину?

Он пару секунд смотрит мне в глаза, а потом начинает громко и раскатисто смеяться, запрокидывая голову назад, сотрясаясь всем телом, и мне передаётся его вибрация. Потом обратно переводит на меня взгляд довольного кота, наевшегося сметаны.

– Катя! Я так рад, что ты потратила время, чтобы узнать меня получше, – и ржёт, – правда, я очень рад. Потому что про историю с Верой знают очень немногие, а это значит, что ты глубоко копала.

И дальше ржёт. Так, похоже, что я себя всё-таки выдала. Но мне жутко интересно, что это за история, Паша был уверен, что между ними что-то было. А моё ли это дело вообще, копаться в его прошлом? Сейчас он стоит тут, со мной. Но всё же любопытство во мне уже разыгралось.

– И?

Он смотрит на меня и улыбается белоснежной улыбкой. Искренне, подкупающе. Ну же, отвечай.

– Нет, у нас с ней ничего не было. Кроме того, что я проспорил ей тачку.

– Это как?

– Вот так, глупый спор. Перевелась она в другой город тоже не из-за меня, там что-то в семье случилось. Что ещё ты про меня нарыла?

Не спал с ней. Проспорил тачку. Прекрасные споры у мажоров. На меня он тоже поспорил? Этот вопрос теперь стал костью поперек горла, но задавать его я не решаюсь.

Ничего особенного в твоем досье больше и не было, но тебе это я не скажу.

И правда, долго он так может стоять?

– Ничего. Я. Хочу. Домой.

– А я хочу тебя, но сейчас даю тебе варианты выбрать.

Господи! Кто выпустил этого демона из преисподней?

– Хорошо, я подожду пока ты устанешь! – наиграно тяжело вздыхаю. – А сколько там тебе ещё учиться, два года? Три?

– До конца июня, – широко улыбается, и огоньки пляшут в его глазах.