Я его достану!

На меня удивленно смотрело не меньше сотни любопытных глаз, которые совершенно искренне не понимали, с какого перепугу их всех сюда согнали и не дают спокойно поработать. На их месте я бы прямым текстом спросила главреда, что происходит-то. Но народ молчал и ждал продолжения. И оно последовало.

— Так часто бывает, ребята, не в обиду будет сказано вам всем, «старичкам». Василиса, которая еще не прошла свой испытательный срок… На самом деле уже точно прошла, но не суть. Короче, вот эта девушка только что показала всем вам, многолетним профессионалам, как надо работать! Как надо дорожить своей профессией.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Что же он несет?! Я, конечно, понимала, куда он клонит, но я как-то по-другому все это представляла…

— И как же надо дорожить своей профессией? — лениво поинтересовалась девица из отдела культуры.

— Ого! — воскликнул бородатый парень, сидящий через два ряда за своим столом. — У нас вышло интервью Бессмертного?! Серьезно?

— Что?

— А где?

— Сделал кто?

— Откуда?

Вопросы посыпались как из рога изобилия, главред бросил злобный взгляд на бородача.

Да, непросто выступать в цирке. Кто-нибудь да норовит занять твое место на арене.

А потом чей-то женский голос, полный недоверия и удивления:

— Да ладно? Стрельцова? Интервью у Бессмертного… Но как?!

Вот теперь уже никто не смотрел на меня снисходительно. Что я только ни читала в их взглядах — от немого удивления и радости до зависти и обиды. Но вот снисхождения точно не было.

А потом — я не знаю, кто это был, точно не тот, кто стоял рядом, это с края ньюсрума донеслось — негромкие и редкие хлопки в ладоши. И это оказалось сигналом. Они нарастали, не медленно, а быстро, словно эпидемия охватила всю редакцию. Люди хлопали, хлопали в ладони мне. Те, кто еще недавно через раз со мной здоровался, те, кто совершенно открыто, не стесняясь, стебался надо мной из-за нашей первой встречи с Кощеем…

Ваня стоял рядом с Жорой, почти ровно напротив меня и аплодировал мне громче остальных.

На лице красовалась самая безмятежная улыбка из всех, что я когда-либо видела у него. Ну слава богу! Вроде не сердится… А я опасалась… видимо, зря.

— Но как? — Сквозь шум прорезался голос Марины. — Как?

— Видимо, так же, как и в пресс-тур попала, — ухмыльнулась какая-то новенькая девчонка из отдела политики.

— То есть благодаря своему труду и упорству! — рявкнула Виолетта.

Я с благодарностью посмотрела на Соколовскую. Но вообще я ожидала худшего. А тут мне все хлопают.