Ты нас предал

— Стой, Богдан! Подожди! Ты куда?

— Домой, — я устремился к выходу.

— Не уходи! Я… Я люблю тебя! Что хочешь сделаю, только останься! — цеплялась она за меня.

— Не надо ничего делать, Анфис, я не вернусь, — отцепил я ее руки от себя. Мне противны ее касания. — И…к Надежде больше не вздумай лезть, поняла? Узнаю — мало не покажется…

— Зачем ты так, Богдан? Я же… Я же на самом деле тебя люблю, а ты…

— А я её люблю, поняла? И потерял её из-за тебя!

— Из-за меня, да? Значит, это я во всем виновата? Еще скажи, что я насильно тебя в койку затащила! Забыл, как меня уламывал, как вокруг меня круги наворачивал, забыл?

— Ничего я не наворачивал, Анфис, что за фантазии? Ты сама готова была на всё, стоило пальцем поманить, так сразу и отдалась. И о любви, знаешь, тоже… Не надо. Как будто ты знаешь, что такое любовь.

— А ты знаешь? Ты же Надьку любил, да? И сейчас говоришь, что любишь. А сам на сторону гулять пошел. Вот она вся твоя любовь — гроша ломаного не стоит! Сам ты виноват во всём, Богдан, са-а-м!

— Знаю. Я с себя вины не снимаю. Всё, прощай, Анфиса.

— Стой, Богдан, подожди… Плевать мне, что её любишь! Все равно хочу тебя! Останься! Ты же тоже хочешь, а?

Головой лишь покачал в ответ.

Не хочу.

И не могу.

Тошно…

Потерял я свою любимую.

Потерял.

ГЛАВА 31.

Поехал не к себе, а в нашу с ней квартиру.

Хотелось быть ближе к ней. Пусть даже через боль.

Зашёл в квартиру не снимая ботинок. Сразу на кухню. В горле пересохло, хотел глотнуть воды, или не воды, чего-то покрепче…

Дом перестал быть домом. Потому что домом он был, когда тут жила моя Надежда. Сейчас квартира стала холодной пустой коробкой. Тут даже не пахло ничем. Раньше я приходил и чувствовал её аромат. Он был везде. Его не могли перебить даже самые вкусные запахи с кухни. Здесь пахло ею. Так нежно, сладко,т тонко. Женщиной, которая любит и ждёт. А теперь она любит и ждёт другого!

Твою ж…налево!

Схватил первый попавшийся под руку стакан и со всей дури зарядил в стену. Брызнуло во все стороны стекло. Легче не стало. Возникало одно зверское желание — всё вокруг начать крушить.

Она ведь говорила мне, что любит! В верности клялась! Плакала!

И что? Вот так просто не прошло и нескольких недель, как он уже трется с другим? И не просто с другим!

Братец мой, козлина, подсуетился. Сволочь последняя!

Эмоции меня просто на части рвали. Визит к Анфисе только подлил масла в огонь. Потому что я сам, сам свою жизнь продолбал! Эта стерва права.

Изменил любимой женщине, и с кем?

Как я вообще мог променять Надежду на вот это? Анфиса, она же… Чёрт, она искусственная, вся сделанная и не только внешне. Она внутри пустая! Я ведь более чем уверен был, что она и не любила меня. Да просто не умела любить! Она закрутила со мной потому что выгодно, удобно, потому что я её хотелки оплачивал, потому что я мужик статусный.