Ты нас предал

— Кинула нас Надежда, — ответил он наконец. — И тебя, и меня.

— В смысле? — нахмурился я.

— В коромысле. Умчала она в неизвестном направлении.

— Она уехала? — спросил я.

— Да, как видишь. В квартире моей её давно уже нет.

— Куда? — продолжал напирать я с вопросами и жадно пытаясь выведать у Рената хоть что-то. — И на чём? Я пробивал автобусы, поезда и самолёты — она ими не пользовалась.

— А я откуда знаю? — снова он пожал плечами. — Мне она не докладывалась. В Лапландию на оленях. Или в Нарнию через волшебный шкаф!

— То есть, ты хочешь сказать, что ничего о ней не знаешь? — скептически изогнул я одну бровь.

— Абсолютно, — поджал губы брат. — Но даже если бы и знал — тебе ничего бы не сказал.

— М-м… Ясно, — произнёс я. — Значит, ты тоже ничего не знаешь.

— Нет, не знаю.

Я бросился на него, схватил за ворот пальто, но Ренат — серьёзный противник, он крепко сжал мои руки, готовясь дать мне сдачи, если понадобится.

— Значит, так, — говорил я ему в лицо, не разжимая пальцев. Всё-таки в качалку я не зря чаще ходил. — В то, что ты не в курсе, где моя жена, я не верю ни хрена. Где она?

— Она уже не твоя жена, братец, — выплюнул он мне в лицо. Борьба между нами продолжилась. — Прошляпил ты свою жену. Нет у тебя ее больше! А Надя вольна ехать, куда хочет, и тебе не обязана отчитываться, ясно?

— Она всё ещё моя жена! — взревел я, практически оторвав от пола в порыве ярости Рената. — Моя!

— Да что ты говоришь! — вцепился он снова в мои руки, не давая мне себя как следует потаскать за ворот. — Осталась пара заседаний суда, и больше она тебе никто! Никто!

Я с силой оттолкнул его от себя. Нутро скрутила жуткая боль. Я Наде скоро стану никем, он прав. И я сам в этом виноват."

"— Ренат, как ты мог? — почти прошептал я. — Я думал, ты мне брат. Это же моя женщина. Да, я обидел её, мы в стадии развода, но мы бы сами это всё порешали ещё, а ты вмешиваешься. Я знаю, что ты осведомлён, где она. Наш развод — ошибка, её побег от меня — ошибка. Она сбежала от себя, неужели ты не понимаешь? Сбежала, потому что любит меня.

— Разлюбит, — жестко ответил брат. Желваки его ходили ходуном.

— Ты ведь знаешь, Ренат, что она меня любит. И будет любить. Знаешь…

— Надя — умная, и она сделала правильные выводы.

— Да? Какие?

— Что любить тебя — себя не уважать!

Я с силой схватил его за шею и притянул к себе. Мы столкнулись лбами.

— Ты — третий лишний, Рен. И ты поймёшь это обязательно. Она не остынет ко мне, она моя. Я придурок, козёл и всё такое прочее, но я готов всё исправить, и она даст мне этот шанс, ты слышишь? Не влезай, не разрушай нашу семью.

— Ты… Ты сам её разрушил! — толкнул меня Рен, но не смог одолеть.

В качалку надо было ходить больше, хлюпик!

— Ты взял мою бабу, ты это понимаешь? — говорил я ему.