Ты нас предал

Я слушала и проводила параллель с нашими отношениями, и всё больше понимала, что мы в самом деле виноваты сами: позволили в момент кризиса влезть кому-то третьему… Мы оба не старались решить проблему.

Я её замалчивала.

Богдан восполнил то, что не додала я, через Анфису.

Можно ли было это предотвратить?

Да. Наверное…

Мне стоило не молчать, а говорить и кричать о том, что мне больно.

Ему стоило ответить, что ему не хватает внимания и моей красоты. Да я бы в салон красоты сходила… Я просто привыкла к себе, сидящей дома, и не понимала, как выгляжу. Как верно отметила Анфиса — думала, что план жизни выполнен. Я замужем и в безопасности. А ведь мудрые люди говорят, что как раз после свадьбы и начинается настоящая жизнь и настоящая работа над отношениями, которая никогда не кончается. В случае, если, конечно, оба хотят сохранить брак.

Замуж выйти не напасть, лишь бы замужем не пропасть…

— Я быстро поняла, что у меня ничего не получается, — продолжала делиться бывшая подруга, которая когда-то была моей соперницей, а теперь стала бледной тенью самой себя. И этого монстра породила я сама, дав ей самое ценное и страшное оружие — информацию. — Ему кроме постели от меня больше ничего не нужно было. У него и в мыслях не было тебя бросать! Но ты мне давно плакалась, что родить не получается, и я решила сделать ставку на ребёнка.

Богдан с ней всегда предохранялся, даже несмотря на то, что она сказала, мол, на таблетках. Как чувствовал.

— Презервативы прокалывала как дура, — словно прочла мои мысли она. Вот, значит, как у неё вышло всё же кое-чего добиться. — Месяц, наверное, потом почитала, что это так не работает, что надо хитрее, там какой-то специальный надрез сделать…

Я слушала её и в голове не укладывалось, насколько продуманным был её план! Сколько сил бывшая подруга вложила в то, чтобы оставить меня ни с чем.

Только сейчас во мне уже не осталось ненависти. И не только потому, что Анфиса была смертельно больна.

Я по её рассказу понимала, насколько сама была слепа и глупа.

— В общем, всё у меня получилось, — говорила она дальше. — Сработало. Я забеременела. Сообщила Богдану, радость скрывала, извинялась, мол, сама не понимаю, как. Говорила ему, что не хотела вашу семью разбивать. Лгала безбожно — еще как хотела! Думала, он сразу же побежит за мной — ребёнок же! А он сначала “отморозился”, мол, помогать буду, но Надю не брошу. Аборт несколько раз предлагал. Приняла, проглотила, и дальше начала окучивать. Знала, что всё равно добьюсь своего! Я ведь думала, реально верила, что он полюбит меня, понимаешь?

Она смотрела на меня. Губы её дрожали, глаза слезились. Мне её было жаль.

Вопреки всему, я понимала, каково это — быть брошенной, нелюбимой.