Ты нас предал
— Когда ты скажешь своей клуше, что уходишь ко мне? — говорила моя лучшая подруга.— Скажу, — отвечал ей любимый. — Сложный проект, ты же знаешь.— Скоро будет видно живот.— Какой живот? — ворвалась я в спальню и едва не упала в обморок, в последний миг зацепившись за дверной проем пальцами.Они лежали на нашей постели совсем без…Два предателя. Два палача.— Беременный, — не смутилась та, которую я считала подругой. — У нас будет ребёнок.***Как ты мог, любимый?Ты нас предал.Ты нас убил.И ты никогда не узнаешь о ребёнке, которого я ношу от тебя.
Тем более, найти аниматоров можно было легко — в городе был театральный институт, студентам нужна подработка.
Мы полчаса обсуждали как всё это можно устроить. Я съела суп, успокоилась, с помощью Даши поправила макияж и вернулась к работе.
Ренат так и не появился.
В семь, когда я закончила, мне позвонила Карина, предложила встретиться. Настроения у меня не было, но сидеть и тухнуть дома тоже не хотелось. Надо было сменить обстановку.
Однако, на выходе из ресторана меня поджидала не только Карина…
— Надя, — перегородил мне дорогу Богдан, едва я переступила порог заведения и оказалась на улице.
Я видела его, конечно. Он стоял, опёршись о свою машину, и ждал, как я могла догадаться методом дедукции, не Рената. Попыталась сделать вид, что не вижу его, и просто пройти мимо к машине, из которой уже высунулась и улыбалась мне Карина на парковке, но бывший не дал мне этого сделать.
Я плотнее запахнула пальто. Ветер поднимался нешуточный, а я толком не застегнулась, рассчитывая на то, что добегу из здания до машины Карины. Я же не думала, что меня остановит по пути двухметровый хмурый лось!
— Так, ты меня теперь преследовать собираешься? — воззрилась я на него.
— Просто хотел убедиться, что с тобой всё в порядке.
— Со мной всё в порядке, — сухо отозвалась я. — Как видишь: живая и побежала ножками по дорожке. Пока.
Богдан ухватил меня за плечи и просто не дал двинуться с места.
— Надь… Я…"
"— Пошёл к черту! И убери свои руки! — процедила я сквозь зубы и скинула его руки с себя. — Твоя беременная любовь всей жизни, ради которой ты разрушил нас, упала вместе с твоим ребёнком. Почему ты здесь, а не там?
— Я ездил в больницу, — ответил Богдан. — С моим ребёнком и его матерью всё хорошо.
— Молодец, — ответила я. — Нечто мужское в тебе всё ещё живо. Это радует, правда.
— Надь, ну зачем ты так… — нахмурился он.
— А потому что. Уйди с дороги, Богдан!
Он снова мне не позволил уйти.
— Между прочим, никакая она мне не…Не любовь.
— Боже, — закатила я глаза. — Да мне-то какая уже разница? Ты меня бросил из-за неё — факт? Факт. Вот и катись к ней колбаской по малой Спасской!
— Мы расстались.
— Анфиса орала, что ты её бросил, но мне всё равно, Богдан.
— Надя!
— Что?
— Что за некрасивые слова! Я тебя просил уже не выражаться.
— Ну лучше быть воспитанной тихой мразью, как ты, правда же?
Богдан уставился на меня так, словно я какая-то незнакомая ему женщина, которая прямо сейчас перед ним сделала сальто три раза и достала из сумочки розового слона — весьма удивлённо.
















