Я – Легенда 2: геном хищника

Не жёстко — вставай и иди, а мягко — вот там интересно, давай вместе слетаем? Не без обмана, конечно, у меня-то крыльев нет! Но мы же рой. Мы вместе и почти единое целое…

В общем, философию у себя в голове я развёл, наверное, ещё на пару трактатов о взаимодействии видов. Но результат это дало. Я не гнал стрекозу куда-то, не показывал маршрут — я просто сам хотел там оказаться. И мои желания становились общими.

И когда бродяжка зависла над деревом, я очень захотел посмотреть, что же там внизу. И она показала. Так показала, что я аж на землю сел от неожиданности. Потому что желание посмотреть было моё, а вот оптика была чужая. И настолько замудреная, что я даже аналогов подобрать не смог. Ни тепловизоры, ни инфракрасные, никакие поляризационные и прочие фильтры не шли в сравнении с фасеточными глазками насекомого. Причём, стрекозы, у которой они ещё замудреней.

Во-первых, картинка разделилась. Верхняя часть стала чёрно-белой, но с очень чёткими деталями. А нижняя — размытая, но цветная. Во-вторых, по количеству — цветов было раза в два больше, чем их наименований в моём словарном запасе. В-третьих, всё это в виде мозаики и с какой-то бешеной скоростью смены кадров."

"Я попытался хоть что-нибудь разглядеть, но у меня только голова закружилась. Так дело не пойдёт. Столько информации мне сразу не нужно. Достаточно с одной-двух «камер» и можно даже чёрно-белым. Это в теории, а на практике этого эффекта нужно ещё добиться. Понять все детали моего желания никакое чувство роя не способно. Но здесь я уже собственные навыки применил. Не зря же я столько с оптикой времени провёл, присматриваясь и фокусируясь. Как только головокружение прекратилось, тут же попробовал.

Результат вышел двоякий. С одной стороны, тут же всё крутанулось по новой, ещё и глаза заслезились, практически сразу залепив мне всю картинку белыми пятнами. А Деми ещё и охнула, сказав, что у меня сосуды полопались и глаза теперь краснючие. Но, с другой стороны, на сотую долю секунды, пока всё не поломалось, я смог увидеть себя и Деми с высоты стрекозиного полёта. Чёрно-белых, но ярких. Немного размытых по контуру каким-то мутным шлейфом, будто фиксировалось и накладывалось каждое микродвижение. Но картинка была! Немного напоминала эффект прибора ночного видения, притом что сейчас был яркий день.

Я протёр глаза и потряс головой. Прищурился на бродяжку всё так же зависшую над деревом и позвал её к себе. Сначала посадил на плечо, а потом отпустил. Но убедил держаться где-нибудь поблизости. Пока вроде получилось, а там посмотрим.

— Ты наигрался? — спросила Деми, протягивая мне смоченную в прохладной воде марлю. — Пора ехать. Я за руль, а тебе компресс.

— Ты за руль — да, мне компресс — не надо, потренируюсь по дороге.