Я не твоя (СИ)

Я… сорвался. Этого не повторится. Прости.

Я разворачиваю его стул, сажусь к нему на колени, обнимаю, притягивая голову к себе.

Мое сердце стучит как адов молот на наковальне, на которой куются самые тяжкие грехи.

- Я соскучилась, Тамерлан. Так соскучилась…

Ложь, которая почему-то очень похожа на правду.

И мой живот сводит от близости, от его мощи и силы.

Закрываю глаза, прижимаясь губами к его губам.

Он не оттолкнет меня. Не может! Не должен…

- Зоя… - буквально выстанывает он, впиваясь в мой рот.

Да, Тамерлан, вот так… все правильно!

Я должна быть твоей. Только твоей опять.

Глава 33.

Башку сносит от ее запаха. Я словно улетаю туда, в прошлое, в счастливую жизнь, которая вроде бы была, а вроде бы и нет.

Опять перед глазами флешбэки.

Вспышки молнии. Свет моей жизни.

Вот она идет с Ильясом по тротуару, выговаривая ему за то, что он к ней с бриллиантами подкатил. Вот отказывается сесть в машину. Вот держит избитого Илика, смотрит на меня перепуганными глазами. Мы едем в моей машине, и я старательно снижаю скорость, чтобы поездка получилась не такой короткой. Вот я помогаю ей сесть на Тамерлана, сам прыгаю к нему на спину и прижимаю к себе её дрожащее тело.

Нет. Не могу вспоминать. Нельзя. Потому что сорвусь и наломаю дров!

Вот только…

Похоже Зоя сама готова их наломать.

В чем дело?

Отстраняю ее, с таким трудом, словно кусок кожи от себя отдираю, с мясом.

- Зоя? Что случилось? Объясни?

Смотрит испуганно, хлопает ресницами, не понимает, почему я веду себя так.

- Случилось? То есть… поверить в то, что я… просто захотела тебя ты не можешь?

Если бы я мог! Я бы…

Но нет. Я не настолько глуп и туп.

Снимаю ее с себя, ставя на пол, потом провожаю к дивану, усаживаю, встаю на колени перед ней, держа ее ладони в своих.

- Зоя. Я еще раз спрашиваю. Что. У тебя. Случилось.

- Господи, какая я дура… прости меня… Прости, Тамерлан, я…

Я не ожидаю того, что происходит дальше. Она начинает плакать, реветь навзрыд, как маленькая девчонка. Теряюсь, и даже не знаю, что делать. Хочется успокоить ее, обняв, но опасаюсь, что только усугублю ее положение. И свое.

Мне нельзя прикасаться к ней.

Совсем нельзя.

Вспоминаю, что у меня на столе стоят несколько бутылок чистой воды, Perrier, я всегда пью много воды и Ринат постоянно пополняет запасы.

Беру бутылку, наливаю воду в стакан.

- Зоя, выпей воды, успокойся. Я готов тебя выслушать и помочь, что бы ни случилось. Что бы тебе ни было нужно от меня!

- Она… она… - Зоя икает, сквозь слёзы стараясь выговорить слово, которое ей никак не дается. -  Она умирает… И… я… должна… мне…

Что? Почему-то сразу внутри словно мартеновская печь зажглась. Горячо до боли. Понимаю, что произошло что-то очень страшно, что еще не в силах осознать.