Я (не) ваша Лия! (СИ)

Вечерами он закрывал глаза, отключался для знакомого мира и просыпался для новой, волшебной реальности. Жадно наблюдал за чужой жизнью, понемногу сливаясь с увиденным, прорастая туда корнями.

Таинственная дева из его снов всегда стояла к нему спиной, лица не показывала. Медно-рыжие волосы не сплетала в узоры, как принято у левиек, а носила распущенными, ниспадавшими морскими волнами до лопаток. По утрам, едва встав с кровати под магию нежной мелодии, сбрасывала с себя тонкую, облегающую ткань. Походя дразнила недоступностью совершенных изгибов. Вставала под водопад, брызгавший из-под металлической трубки по приказу ее пальцев, сушила волосы ветром, дувшим из мелкого, твердого сапога, и долго-долго расчесывала свои локоны большим деревянным гребнем. Подходила к какому-то магическому агрегату, плюющемуся то черной водой, то белой пеной, выпивала зелье не одним глотком, как привычно было фрийцу, а медленно, не спеша, смакуя каждый глоточек.

Затем, на выходе из дома, попадала в еще более невозможный, придуманный кем-то мир. Вокруг нее проносились ревущие монстры на колесах, разных форм и размеров. Какими бы безумными, дикими те не казались, никогда они не обижали медноволосую диву. Напротив, прирученные, обласканные ее красотой, пускали в себя и доставляли в академию, где деву сразу обступали подруги. «Лия», — кричали они, едва ее завидев, — «просканируй плис фотки чуваков, с которыми мы вчера аффигительно туснули! Ни хрена не ясно, мутить с ними дальше или нет!» Почти никакого смысла в сказанном Ардо не улавливал, но главное он себе уяснил. Его избранницу звали Лия.

Каждый раз, погружаясь в очередной сон, он надеялся увидеть ее лицо, но тщетно. Ардо прикипел к той деве всей душою и отчаянно искал ее повсюду. Сам того не сознавая, пытался в каждой встречной разглядеть свою Лию. Каково же было его изумление, шок, счастье, когда однажды он увидел ее на пороге своего дома.

Она стояла, повернувшись спиной, поправляя на плечах ситу и поджидая отстающего парня, крикнувшего: «Погоди, Лия, я себе, кажется, ногу подвернул!» По очертаниям ее совершенной фигуры, по редко-медному цвету волос, а, главное, по имени, он сразу понял: это та самая дева, которую безуспешно искал долгие годы.

Узнав, откуда прибыла дева, он и обрадовался, и приуныл. По всей Левии о служительницах Белого Храма ходила слава безупречных жен, но жениться на них было совсем, совсем непросто."

"Каждый год, во время ночного светостояния, потенциальные женихи из числа служителей впервые встречались с потенциальными невестами, мило и непринужденно общались под драконьми взглядами провидицы и старших сестер-наставниц. Под утро каждый парень записывал на тонкой бересте имена трех приглянувшихся ему девушек.