Я, они и тьма

А вот чего нет — того нет. И идей нет. А может, все же попробовать отправиться с темной к источнику? Это, конечно, опасно, совсем непредсказуемо, даже сумасбродно, но он будет с ней рядом…

Дерек невольно опустил фантазию в свободный полет и тут же скривился: тьма радостно дернулась с кончиков пальцев туманными черными языками.

— Ну что тебе не сидится спокойно, — с досадой пробормотал Ват Йет, разглядывая руки. — Чего хочешь? Свободы хочешь?

Тьма лизала руки, плясала на пальцах, ластилась, как черная кошка, и Дерек едва не впервые за долгие годы не загнал свою тьму обратно под кожу. Он смотрел на нее и думал о Йоле. Заставить ее убить Пилия? Разыграть для нее и ее тьмы спектакль? Сделать все ее руками? И есть ли другие варианты?

А если ее сердце не выдержит?

Тьма обиженно полыхнула, кутая руку до локтя, забираясь под закатанные рукава рубашки. Ей не нравилось то, о чем думал Дерек Ват Йет. Почему же, интересно?

А может, нужно просто искренне поговорить с девчонкой? Ее тьма своенравна, она необычна. Иногда Ват Йету казалось, что тьма эта — полноценная личность со своими желаниями и стремлениями. Может быть, так будет лучше? Договориться с ней и с ее такой послушной тьмой, довериться, раскрыться… А вот эти мысли тьме Ват Йета понравились: она втянулась под кожу Дерека — сама. Ват Йет во все глаза смотрел на это немыслимое чудо. Тьма убралась сама? Как это понимать?

Одни вопросы и ни одного ответа… Ладно. Пора действовать, нечего рассиживаться."

"Дерек Ват Йет тяжело вздохнул, встал с кресла. Для начала стоит сходить к темной и поблагодарить ее. Она сегодня спасла императора от смерти, а это уже достойно награды.

***

Я пила горячий чай, который заботливо принес мне Сав, и грызла ореховые конфеты. Сердце уже почти не болело, да и чувствовала я себя получше. Сав что-то быстро писал — работы у него было на весь стол. Изредка он поднимал голову от бумаг и смотрел на меня, а я стеснительно отводила взгляд. Я не знала, как начать с ним разговор о том, что я не хочу никакой свадьбы. Я боялась его обидеть, и от его заботы мне было неловко вдвойне.

— Вкусно? Принести еще? — спросил он, заметив, что я в задумчивости слопала все конфеты.

Блин! Ну что же ты такой милый? Будь я лет на десять младше, я бы клюнула на такую заботу мгновенно и уже бы радостно бежала под венец. Но я не на десять лет младше. Я не хочу…

— Сав… — тихонько начала я, судорожно вздохнув, — я по поводу ну… свадьбы. Я…

— Йола, подожди. Я понимаю, что не совсем правильно все сделал, поэтому вот…

Я не успела даже сообразить, что он собирается сделать, как он подошел ко мне, склонился надо мной, вешая что то на шею. Цепочка проехалась по коже холодом, в вырез платья скользнул тяжелый кулон.

— Прости, надо было сразу это сделать.