Я прячусь от ветра

 — Ты не можешь ее защитить, не ставя в известность, не советуясь. Если бы миледи не прибежала сегодня? Чем бы все завершилось?

— Мы бы все умерли, — тихо отозвался я, признавая свою неправоту.

— Нет, — протянул фейри, — ты не понял. Погибли бы все люди, живущие в этой долине. Если бы убили тебя, ее милость впала бы в тоску. Она только очнулась от этой серости, только смогла переложить часть обязанностей на твои плечи и просто не вынесла бы удара. А теперь вообрази, что миледи больна, а наш общий знакомец, Бринадасиальм, все же вызвал этих черных духов, чьи злобные, проклятые сущности обитают в трясине. Но остановить его некому. Ты, как полагается славному рыцарю, мертв. Ее милость больна. И эти земли, за каких-то пару часов, вновь станут свободны для нас.

— И что мне было делать? Брать ее с собой? Это ли верно, подвергать Вирану такой опасности?

— Для начала было бы неплохо с ней поговорить, — голос фейри вдруг стал серьезным, почти злым. — Если бы она была готова и ей не пришлось выдумывать на ходу, как спасать ваши шкуры, возможно, опасность была бы меньше!

— Ладно, я уже понял, что мне самому не справиться, — примирительно поднял руки я.

— Да. Тебе не справиться. Но не забывай, что она-то справлялась. И не один год. Не смей проявлять неуважения к ее милости. Она его заслужила каждым днем своей жизни в этих местах.

Не услышав ответа, фейри, став в одно мгновение маленькой точкой, исчез. А с левой стороны, прямо среди деревьев и кустов, появилась узкая, чуть освещенная огоньками тропинка. Она так разительно отличалась от той, на которой я стоял сейчас, что сомнений не оставалось. Шагнув на новую дорогу, через два шага я вышел к ограде поместья, неверяще протерев лицо. Во дворе горели костры, доносились голоса людей, несмотря на поздний час.

Обойдя ограду, с трудом переставляя ноги, я ввалился в лагерь, почти тут же наткнувшись на Кастана.

— О, вернулся. Живой. И мокрый, как Леран и обещал. Только мы тебя раньше ждали. Идем, — болтая, как сорока, загалдел хар, поддерживая. Кажется, у меня в одно мгновение все силы из тела вытянуло. — Мы тебе ванну приготовили, горячую. И ужин. Так что сейчас отогреешься. О, тут новость такая пришла. Говорят, ты теперь барон. Когда успел? А Анна — вовсе и не Анна. Это ты случайно так угадал? Или просто мне не сказал?

Я едва не расхохотался, поражаясь несообразительности друга. Только он мог так много времени проводить рядом со мной и Вираной и ничего не заметить."

"Просидев в горячей воде, отогревая кости и мышцы, я с трудом выполз из бочки. За занавеской в палатке Лерана шел тихий разговор, из которого я понял, что всех остальных вывели из лесу примерно так же. Все же, местные духи умеют воспитывать к себе уважение. И это, по словам Хазета, мы очень дешево отделались.