Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

Вернулся он через минуту. Сел за стол и довольно произнёс, обращаясь к конюшему:

— Ну вот, мастер Двушкин. Скоро сюда прибудут и душеправ, и конвойная команда. Ну, на случай, если вы провалите допрос. Но я должен вас предупредить: после допроса с участием душеправа никаких смягчений не будет. И получите вы полный срок. Бессрочную каторгу в Сибири. Где и сгинете годков за пять.

Услышав эту новость хозяин дома часто закивал. На его лицо вернулись краски, а глаза засияли.

— Хорошо, хорошо, мастер, — затараторил он. — Давайте подождем.

— Учтите, мы глаз с вас не спустим, — сурово припечатал Дмитрий. — Не надейтесь нас обмануть.

— Ох, милсдари, и словам не выразить, как я рад, что у вас есть такой душеправ. Я крепкий и сдюжу проверку эту. Зато потом вы даже сомневаться не станете, что я ни при чем.

— Посмотрим, — недоверчиво бросил Шуйский и с тоской взглянул на часы. Его живот внезапно заурчал.

— Подать вам чай? Или отвар из лесных трав? Здесь делают такие сборы, которые в Петрограде и не пробовали.

— Да… — начал было Зимин, но Двушкин его перебил и гаркнул:

— Лукерья!

Дверь особняка открылась, и на террасу выбежала девушка лет двадцати. Она была невысокой, тоненькой, в просторном сарафане с вышивкой, которая была тут на одежде каждого жителя. Девица поправила косынку, повязанную поверх буйных кудрей, что выбивались из-под куска ткани.

— Сделай нам с гостями лесного отвара, — попросил конюший. — И добавь ягод красных из того туеска, который на печке стоит.

Служанка угодливо кивнула:

— Сделаю, хозяин.

— И пирогов подай. И не мешкай.

Она скрылась в доме, а Двушкин обернулся к нам:

— Спасибо вам за шанс оправдаться, мастера, — с жаром заговорил он. — Я докажу, что невиновен. И после этого вы сможете отыскать настоящего душегуба.

Шуйский кивнул:

— Наша задача установить справедливость, мастер. Разобраться, почему на болотах так много убитых призраков. И почему все они обвиняют в своей смерти вас. Я все же думаю, что вы надеетесь обмануть душеправа. Или подкупить его.

— И в мыслях не было, — совершенно искренне оскорбился конюший.

— Скоро мы во всем убедимся.

— Конечно, Дмитрий Владимирович, — довольно улыбнулся Никон и повторил. — Конечно.

Худенькая служанка вытащила из дома здоровенный самовар и притащила его к столу.

— Может вам помочь, — неловко предложил Зимин.

Служанка испуганно глянула на него и густо покраснела.

— Сама справиться, — глухо проговорил Никон и недовольно покосился на Лукерью."

"Та водрузила самовар на столешницу, на которой стояла дощечка. От нее тотчас пошел ароматный можжевеловый дух. А девушка метнулась к дому и вскоре появилась подносом, на котором высился пузатый чайник, укутанный в вышитую цветами льняную салфетку, натертые до блеска кружки и вазочка с кусками сахара.