Я пришел за тобой

Вернее, я сама решу, когда – и если – стоит его выгнать! И можете меня уволить прямо сейчас. В конечном счете…

– В конечном счете это не ты захотела быть рядом со мной?! – жестко произнес он. Кажется, его дыхание участилось. – Это ты хочешь сказать? Нет, Тина, я не уволю тебя. И если захочешь уйти сейчас – напомню про пункт о неустойке, если ты разрываешь соглашение до окончания испытательного срока. Я просто не пожалею тебя. Тебе придется выполнить все формальности.

– Это подло, мистер Дарт! – Я ощутила, что сама начинаю задыхаться от гнева.

Захотелось схватить сумочку и выбежать, хлопнув дверью. Перед этим желательно еще съездить по его красивой физиономии. И желательно сумочкой.

– Подло, ты находишь? Нет, это обычная практика в деловых отношениях. И ты сама выбираешь именно их вместо того, чтобы выбрать мое покровительство и более человечные отношения. Прошу, Тина. Приступай к выполнению задания. Или плати неустойку и убирайся к своему оборотню. – Шеф опять отвернулся от меня, сжимая кулаки. Потом крикнул словно бы в воздух: – Эрми!

Дверь в коридор тут же открылась, и на пороге появился пожилой камердинер со своей приятной улыбкой:

– Да, сэр?

– Отвези мисс Аверченко в салон, как планировалось, – ровным голосом попросил он, сложив руки на груди. – Потом доставь ее с покупками домой.

– Рад сопровождать вас, юная мисс! – чуть поклонился мне Эрми, указывая на проход в коридор.

Едва сдерживая ярость, я кинула рассерженный взгляд на Грегори, схватила сумку и не прощаясь выскочила в коридор.

– До завтра, Тина, – донеслось мне вслед насмешливое.

«Ну да, легко ему, – подумала я, пытаясь унять сбившееся от гнева дыхание. – Это я в тупике. Потому что нет у меня трехсот тысяч неустойки. И я сама подписала соглашение, будучи уверенной, что уж три-то месяца смогу потерпеть выходки босса».

Меня вообще тогда больше волновали пункты, касающиеся секса. А он, оказывается, и без секса в состоянии хорошенько подпортить мне нервы.

Пока мы с Эрми ехали в салон, – пожилой камердинер сам сел за руль какой-то старинной машины, явно очень дорогой, – разговаривать не хотелось и с ним. Теперь меня не столько мучило осознание того, что мир оказался не таким, как я себе представляла. Не страх перед оборотнями или непонятным Дартом.

Нет! Меня просто разрывало от возмущения. Сейчас – из-за всяческих попыток Грегори контролировать меня, но я понимала, что и поведение Ника укладывается в эту же схему.

Оба хороши! И плевать, кто они там на самом деле. Я никому не позволю решать за меня! И шантажировать неустойкой – тоже…"

"При мысли о неустойке гнев превращался в досаду и грусть. Я ощущала, что вот-вот опять начну всхлипывать. Сунув руку в карман, нащупала платок Грегори, который я туда машинально положила.