Я промазал, опер – нет

А если случится, то, знаешь, после того, что было, и умереть не страшно. Я думала, что это у меня в последний раз, а это у тебя, как будто у тебя больше ничего не будет... Может, и ты умереть собрался?

– Не дождешься.

– Дождусь. Своей смерти. Скоро уже...

– Боюсь тебя разочаровать. Личность заказчика установили, не сегодня завтра его арестуют.

– А киллер останется... От меня теперь точно постараются избавиться... Но ты же меня спасешь?

– Вне всякого.

– Ты думаешь, почему я так хотела, чтобы ты меня охранял... Думаешь, понравился мне? Не-а... Но ты показался мне таким надежным.

.. А потом и понравился... Но, возможно, ты не сможешь меня спасти, – сквозь тоску лукаво улыбнулась Олеся.

– Смогу.

– А вдруг?.. Может, еще, в последний раз?

– Как в последний раз, – поправил я.

И, махнув рукой на образ Дарьи, нырнул под простыню к Олесе. Один раз живем. И неизвестно, сколько еще осталось. Может, совсем ничего. Ведь киллер, по сути, охотился не только за Олесей, он угрожал и мне.

Глава 13"

"Дарья плотно сжимала губы, стараясь не смотреть на меня. Всем своим видом она показывала, что вынуждена присутствовать в моем доме.

Ведь это она организовала работу, которая шумела сейчас за окном – сварщики приваривали к балкону решетку и сетку к ней. И это было еще не все. Три дня прошло с тех пор, как я взял Олесю под свою опеку, а только сегодня появился обещанный спецназ. Какими силами он взял под охрану мой дом, в каких местах, я не знал, но дело делалось. Как говорится, лучше поздно, чем никогда.

Только вот с Дарьей проблемы. Все-таки догадалась она, что мы с Олесей спелись, поэтому и не пришла ночевать к нам в тот день. Продукты взялся поставлять Агранов, а Дарья, казалось, забыла к нам дорогу.

Появилась она только сегодня. Видно было, что дуется на меня... Удивительно, но я чувствовал себя предателем. Может, потому что перестал ходить на службу? Может, потому что устроился здесь, как на райском облачке – и тепло, и сытно, и женщина в постели.

– Хряпова арестовали, – глядя на зависшего за окном парня в спецовке, сложив за спиной руки, сказала Дарья. – Алехину в Москву требуют.

– С нее же брали показания.

Вчера у нас был представитель Генеральной прокуратуры, чуть ли не полдня мурыжил Олесю, с ней чуть истерика не случилась, так он достал ее расспросами.

– Сам понимаешь, этого мало. Нужна очная ставка.

– Я-то понимаю, но ей-то как объяснишь? Она уже и так на грани срыва.

– Ты же умеешь ее утешить, – свысока и недовольно глянула на меня Дарья. – Вот и продолжай в том же духе...

Она продолжала смотреть на меня, будто ожидая опровержения. «Нет, ничего у меня с ней нет» – так, наверное, нужно было мне ответить. Но я молчал, подтверждая ее догадку.

– Что ж, так и должно было случиться.