Я промазал, опер – нет

Перед тем как повернуть назад, я остановился, вспомнив сказку «Снежная королева» и королевский чердак, по которому ходили сны обитателей дворца. Я выключил фонарь, прислушался. Тишина, только слышно, как ветер терзает на крыше плохо закрепленную жестянку. А может, это и есть чей-то сон. Или даже кошмар... А может, это мысли киллера бродят по крыше, ищут лазейку, чтобы попасть к Олесе. Она жила на четвертом этаже, а дом десятиэтажный, но все же можно спуститься к ней с крыши на веревке – и практически, а теоретически уж точно.

Привидений я не боялся, чужих снов тем более, и тревожный звук не напугал меня, зато взбодрил, прояснил сознание.

И я подумал о том, что завтра обязательно свяжусь с ЖЭКом, пусть заваривают все двери на чердак.

Стараясь не шуметь, я вышел на железную лестницу, опять же с помощью отмычки закрыл дверь на замок, спустился на четвертый этаж. Дом давно уже спит, в подъезде тишина, хоть бы кошка какая-нибудь мяукнула или крыса прошуршала. Но нет, даже призраки притихли, испугавшись меня...

Прежде чем открыть дверь, я приложил к ней ухо. Зрение у меня отличное, а слух, наверное, обычный, но все же я уловил музыку.

Впрочем, я и без того знал, что Дарья и Олеся не спят. Одна допрашивала другую, и обе так нарюмкались, что лыка уже не вяжут. Один только я беспокойно бодрствую.

Дверь я мог открыть ключом, который прихватил с собой. Вставил его в замочную скважину, ворохнул им, нарочно создавая звук. Я ждал, когда моя начальница услышит его, отреагирует. Оружие при ней, поэтому я встал так, чтобы пуля, пробив дверь, не задела меня. Заодно можно проверить, сможет ли стальной лист под обивкой удержать пулю...

Но выстрелов я не услышал.

Не говоря уже о менее агрессивном «Кто там?». Услышав подозрительный шум, Дарья могла позвонить Агранову, тот бы с улицы ринулся наверх, чтобы обезвредить предполагаемого преступника... Но Бесчетова совершенно не реагировала на провокацию. Что ж, неудивительно, сосчитать объем допроса, который она устроила Олесе. Бутылки две, не меньше...

А может, Бесчетовой и в живых уже нет. Возможно, пока я обшаривал чердак, убийца проник в квартиру и сделал свое грязное дело. Может, он сейчас ждет меня в темноте...

Я резко открыл дверь, но сразу заходить не стал: сначала прислушался к обстановке.

Может, шелохнется что-то в тишине, скрипнет, воздух упруго колыхнется, седьмое чувство. Но нет, спокойно все...

С пистолетом в руках, на корточках я переступил через порог, обошел дом, в последнюю очередь заглянул в гостиную, где за журнальным столиком продолжался допрос. Бутылка виски, блюда с закуской, Дарья в милицейской рубашке без погон, Олеся в халате, расцветка и продольная разлиновка которого в тусклом красном свете ночника напоминала одежду пожизненно заключенного.