Я прошел две войны!

Вроде снег мягкий, а на каждом ухабе словно спицу раскаленную в спину втыкают.

Я пробыл у Натальи часа полтора. Когда уходил, она проводила меня через темный коридор. Внезапно остановившись, я повернулся к ней и, обняв, поцеловал в губы. Она ответила мне, затем слегка оттолкнула:

– Иди к себе.

Голос ее звучал хрипло. На следующий вечер я снова пришел к ней, и мы закрылись в перевязочной, где стояла кушетка.

– Наташа, милая…"

"Женщина, стоная, обнимала меня. Я никогда не чувствовал такого желания и возбуждения. У нее были удивительно мягкие и одновременно тугие бедра, которые я стискивал пальцами обеих рук. Не помню, когда возвращался к себе, шатаясь, как пьяный. Мы не говорили о будущем, я не объяснялся в любви, но близость с созревшей, красивой женщиной, неравнодушной ко мне, ошеломляла. Такого раньше я не испытывал.

Когда вернулся в роту, перемену во мне заметил даже девятнадцатилетний младший лейтенант Юрий Савенко. Я энергично принялся за подготовку к смотру.

Проницательный командир первого взвода Антон Репнин только посмеивался и как-то негромко заметил:

– Крепко тебя подлечили.

– А я больным и не был, – с вызовом ответил старшему лейтенанту.

Боевые стрельбы прошли так-сяк. Высокими результатами ни одна из рот не блистала. Ничего удивительного, этого следовало ожидать. Есть единственный способ научить людей метко стрелять – постоянные тренировки.

У нас упор делался в основном на теорию, бойцы зубрили технические данные оружия, без конца собирали и разбирали винтовки, чистили их. Конечно, это необходимо, но важнее постоянная практика. В Буйнакском военном училище мы выпускали по различным мишеням до сотни пуль в месяц, а здесь за два месяца всего по шесть патронов на стрельбище давали. Пулеметчикам немного побольше, но это ничего не решало.

Некоторые молодые бойцы закрывали глаза, нажимая на спуск, или вздрагивали в ожидании сильной отдачи. Но все же на «тройку» с горем пополам отстрелялись. Выручали «старички», те, кто прошел войну, бывшие охотники, призванные с Алтая или Урала.

Помогли выровнять результаты и активисты ОСОАВИАХИМа. Это были городские ребята или парни, призванные из райцентров. Правда, тренировались они до войны в основном в стрельбе из малокалиберных винтовок, но изучали и «трехлинейки». Среди них выделялся высокий худощавый паренек из города Вольска Никита Супонин, который вложил и пристрелочные пули, и зачетные в центр мишени.

Я мог гордиться, что в числе лучших стрелков в батальоне назвали троих ребят из моего взвода: Михаила Ходырева, алтайца Долгова Андрея и новичка Супонина Никиту. Среди пулеметчиков призовое место занял Захар Антюфеев со своим расчетом «максима».