Я садовником родился

Ее нет.

- Может, младшая сестра взяла?

- Я, конечно, спрошу у нее, но вряд ли. Вещи старшей сестры для нее неприкосновенны.

- А к вам кто-нибудь из посторонних приходил?

- Не понимаю…

- Ну, малознакомые люди. Слесарь, сантехник, телевизионный мастер. Маргарита, незадолго до того, как ее убили. Или, может быть, Лейкин?

- Нет. То есть, мой муж все в доме делает сам. Подругу Розы я, конечно, видела несколько раз, но после того, как Роза попросила ключ от дачи, не припомню этого. А Лейкин… Да, Лейкин был.

- А под каким предлогом?

- Ну, он никак не мог поверить, что Розочка его окончательно бросила. Ведь у них, кажется, все уже было решено. И, знаете, он все время ходил, ходил, ходил… Он странный, конечно. Вы себе даже не представляете!

- Ну отчего же, - усмехнулся Алексей.

- Очень странный. Но главное, что деньги у него есть, ведь так? Профессия есть, собственное дело.

- Да, конечно.

- Не понимаю, почему…

- Можно мы возьмем все-таки ее записи? Вдруг там есть какие-то черновики, наброски?

- Но мне бы хотелось…

- Мы все вернем.

- Вдруг она была права, моя девочка? И это можно опубликовать. Я не из-за денег, поймите, - застеснялась вдруг мать Розы.

- Разумеется.

- Вы извините, Светлана Антоновна, мы, возможно, еще разок побеспокоим вас. И насчет ключика от дачи. Сережа, при Марго были какие-нибудь ключи?

- Конечно. Ты думаешь, что один из них…

- Вот именно. Предъявим хозяевам, они сами разберутся. Светлана Антоновна, опознаете, свой ключ?

- Да, конечно, но Розочка сказала, что потеряла тот, что взяла у меня.

Алексей тяжело вздохнул:

- Извините еще раз.

- Ничего. Я понимаю.

- А где точно находится ваша дача?

- Надо ехать по Волоколамке, потом свернуть…

- Барышев, записывай.

- Ага.

После того, как Светлана Антоновна подробно объяснила, где находится дача, мужчины с ней распрощались, еще раз, извинившись за беспокойство. Надевая пальто в прихожей, Алексей спросил:

- А фильм «Титаник» она, интересно, сколько раз смотрела?

- Я не помню, - растерянно ответила Светлана Антоновна. – Часто.

- Плакала, наверное?

- Да. Очень.

- Понятно. До свидания.

- Всего хорошего, - сдержанно ответила Светлана Антоновна.

На улице Барышев, который в квартире Тимофеевых почти все время молчал, хмуро спросил:

- Почему «Титаник»? При чем здесь «Титаник»?

- Да так. Я случайно сегодня заметил, что Суханов чем-то на Ди Каприо похож.

- Вот уж нет! Ди Каприо! Ха!

- Я тебе говорю. Ты представляешь себе характер этой девицы? Ничего плохого не хочу про нее сказать, но… Можно фанатеть громко, а можно тихо. Отчего-то же она в него влюбилась? Я имею в виду, Суханова.

- Влюбилась, и все, - отрезал Серега.

- Что ты понимаешь в любви! – вздохнул Алексей, и замер у открытой машины, прищурившись на яркое мартовское солнце.

- Ты у нас много понимаешь!

- Красивый ты, Барышев, но глупый. И толку от тебя никакого.