Я садовником родился

– Поехали, Серега, глянем на то, что осталось от пожара.

- А мне? Мне что делать? – растерянно спросила Флора.

- Сидите пока дома. Не думаю, что он снова на вас нападет. Не рискнет.

- Но он же хотел меня убить!

- Хотел. И это странно, что не убил. Извините, конечно.

Алексей еще раз понюхал листок из конверта. Потом подошел к Флоре, и тоже потянул носом.

- Извините. Поближе можно?

Она засмущалась, но кивнула.

- Что за духи у вас? – спросил Алексей, приблизившись и почувствовав от одежды Флоры незнакомый тонкий аромат.

- Ну, какие там духи? Очень дешевая туалетная вода.  «Цветы России» называется. Фиалка.

- Фиалка?

- Муж подарил. К Восьмому марта."

"- Хороший подарок. Может быть, он вам жизнь спас. До свидания, Флора!

- Что ж, поймаете вы его? – спросила маленькая, суетливая женщина.

- Обязательно…

… Они ехали быстро, не обращая внимания на возмущение водителей, знаками и сердитыми гудками показывающих свое недовольство.

- И все-таки не понимаю, - пытался рассуждать Серега Барышев, – почему он ждал столько времени, чтобы поджечь павильон? А?

- Неизвестно, как долго они разговаривали с Розой. И о чем. Быть может, она сказала только, в каком районе работает, и он начал методично обходить все цветочные павильоны, чтобы узнать, в котором из них работает женщина по имени Флора. Очень редкое имя, между прочим! О, черт! Надо было ее об этом спросить! Не обращался ли кто к ней с пошлым вопросом: «Девушка, как вас зовут?»

- Она могла и не ответить.

- Флора? Вряд ли. Не похоже, что она может огрызнуться в ответ: «А вам-то что?» Или просто откровенно послать. Тем более, что кроме имени он ничего и не спрашивал. И приставать к женщине не собирался. Ему важно было только знать, что именно здесь, в этом павильоне работает Флора, которая должна передать милиции опасные записи.

- Приехали. Вон, видишь, почерневшее здание?

Они подъехали к обгоревшему павильону и поспешно вылезли из машины. Возле пострадавшего от огня цветочного магазинчика уже не было ни пожарных, ни Лейкина, ни зевак. Разбитые стекла, и почерневшие стены портили общее впечатление в ряду чистеньких, ухоженных павильончиков. Барышев задумчиво сказал:

- Ты был прав: пожарные приехали быстро. Разрушения не слишком большие. Снаружи, по крайней мере.

- Зато внутри, кажется, ничего почти не осталось.

Алексей заглянул в павильон, потом нырнул внутрь. Подошедшему милиционеру Барышев протянул раскрытое удостоверение:

- Свои.

- Уголовный розыск, что ли? Криминал ищете?

- Вроде того.

- Ну, успехов следствию, - козырнул патрульный.

Алексей в это время уже вышел, вытирая грязные руки:

- Бесполезно. Можешь не заходить, все равно того, что нам нужно, здесь нет. Он, видимо, бумаги поджег и убежал.