Я садовником родился

Такие мужья хороши для престижа, но если только почувствуют финансовую свободу, ничто их не удержит. И судиться они будут до последнего.

- Ваша мама – умная женщина, - заметил Алексей.

- Да. Так сколько?

Он назвал сумму и тут даже у Эллы Эдуардовны, выросшей в достатке, удивленно приподнялись брови:

- Сколько?!

Вот в это время и раздался еще один звонок в дверь. На этот раз муж вернулся с работы, и был очень удивлен, застав у себя дома гостя:

- Я же просил после восьми.

- Да? – съязвила жена. – А почему это я не могу получить деньги за разбитую фару? Это же, кажется, моя машина!

- Элла!

- Счет.

- Что?

- Счет.

- Но…

- Это дело принципа, - она с улыбкой обернулась к Алексею. – Если бы он хотел этих денег для меня, я бы не стала вмешиваться. Но позволить ему положить в карман деньги, которые будут потрачены на каких-то очередных шлюх…

- Элла! – Николай Суханов обречено полез во внутренний карман пиджака.

Его жена взяла счет, заглянув в который через ее плечо, Алексей почувствовал некоторое облегчение. Вот это было похоже на правду.

- Пиши расписку, - сказала она мужу. – И закончим на этом.

Когда Алексей одевал в прихожей пальто, он перехватил взгляд Эллы Эдуардовны, направленный на мужа, с тайной дрожью. Суханов тоже понял, что ничего хорошего его по уходу гостя не ждет

- Я вас провожу, - поспешно сказал он. – Заодно отгоню машину в гараж.

- Что ж не отогнал? – язвительно спросила жена. – Торопился должника перехватить?

Николай Суханов поспешно схватил с вешалки пальто.

В лифте они ехали вместе. Суханов молчал, и Алексей попытался выкрутиться:

- Я не знал, что у вас такие сложные отношения с женой.

- Что?

- Не знал, говорю…

- Я же просил вас зайти после восьми!

В его голосе была такая тоска, что Алексею на мгновение сделалось Суханова жалко. Потом он подумал, что каждый делает свой выбор в жизни добровольно. И Элла Эдуардовна не такая уж и плохая жена. А скандалит и стервозничает она только потому, что хочет ему насолить. За ту самую ледяную гору в Антарктиде, которую так и не смогла растопить. И нужен-то ей всего-навсего  букет алых роз и несколько комплиментов. Ну, еще бокал с коктейлем. Слабоалкогольным. И можно смело врать про любовь. Поверит. И какая женщина на ее месте не поверит?

Он смял в кармане листок из блокнота с номером ее телефона. На улице не удержался, кивнул на серебристую «Тойоту»:

- Хороша! Как починили?

- Нормально.

- Недавно был в салоне. Там, где «Тойотами» торгуют.

- Не в Кунцево, случайно? – как-то вяло спросил Суханов.

- Там. Присматривался.

- Я свою там купил.

- И как?

- Можно брать. Не жалуюсь.

- Можно разок в салоне посидеть? – спросил Алексей. - Никак не решусь: «Авенсис», или какую-нибудь другую.

Суханов равнодушно пожал плечами, открыл переднюю дверцу. Алексей нырнул на водительское место.